Херсон освобожден: «Форму прятал по всему городу» – администратор Кристалла об оккупации и предателях

Андрей Пискун
Андрей Пискун
Просмотров 37986
4 голоса
Херсон освобожден: «Форму прятал по всему городу» – администратор Кристалла об оккупации и предателях
Николай Комаренко. Коллаж: Fanday.net
4
0
Комментариев 0
VBet бонус до 15000 грн

Администратор и пресс-атташе херсонского Кристалла Николай Комаренко в эксклюзивном интервью Fanday.net рассказал о жизни в оккупации, местных предателях, партизанской деятельности и спасении формы клуба от рашистов.

11.11.2022 – историческая дата для Херсона. В этот день ВСУ освободили город от рашистских захватчиков. Николай Комаренко почти пять месяцев прожил в оккупированном Херсоне и решился на выезд только тогда, когда начался обстрел Антоновского моста.

Редактор Fanday.net связался с Николаем, чтобы поздравить его с освобождением Херсона, а в итоге наш разговор растянулся на 40 минут и получилось интересное интервью.

В Херсоне есть несколько мест, где можно поймать связь. Света нет, воды нет, к счастью, есть газ

– Николай, поздравляем с освобождением Херсона. Расскажите, какие эмоции испытали, когда над вашим родным городом снова засиял украинский флаг?

– Спасибо за поздравление. Скажу честно – эйфории у меня нет. Есть определенное опустошение, тревожность и сдержанный оптимизм. Очень важно, что Херсон освободили, но опасности в городе стало, возможно, даже больше, чем было. Я имею в виду, что оккупанты могут начать обстреливать город, но, надеюсь, что этого не будет.

Херсонцы в центре города встречают ВСУ. Фото: Getty Images

– У вас кто-то из близких остался в Херсоне?

– В городе у меня осталось довольно много друзей.

– Сейчас с ними есть связь?

– Последние два дня связи с ними фактически нет. Иногда в телеграм доходят сообщения с большим опозданием, и то – не все. В Херсоне есть несколько мест, где можно поймать связь. Света нет, воды нет, к счастью, есть газ.

– Что ваши друзья рассказывали, когда вы с ними общались в последний раз?

– Рассказывали, что в Херсоне очень шумно, много взрывов. Моя подруга живет недалеко от Антоновского моста, у нее даже окна в доме вылетели от взрывов. 

– Херсон долгое время без украинской связи и ТВ. Ваши друзья понимали в тот момент, что освобождение близко?

– Они все были осведомлены, поскольку состоят в проукраинских телеграм-каналах. Они все понимали, но не верили, что это произойдет так стремительно. 

– Расскажите о вашем выезде на подконтрольную территорию.

– Я принял решение выезжать в конце июля. Ехал на своей машине с младшим братом и мамой через Васильевку. Жена моя выехала на месяц раньше. Мы нагрузили полный багажник вещей и мой злосчастный ноутбук. Взяли еды на четыре-пять дней, потому что знали, что дорога предстоит долгая. 

На Антоновском мосту уже были дыры от ударов «HIMARS», но проехать еще было можно. Дорога до Запорожья заняла четыре дня. 

Антоновский мост после обстрелов HIMARS

– Как вели себя рашисты на блокпостах?

– Блокпостов было очень много. Но по-настоящему проверяли только на последнем блокпосту в Васильевке. Мы достали все вещи, технику проверяли отдельно. Я сильно переживал, потому что у меня были фотографии с митингов в Херсоне. Передо мной была девочка, лет 18-ти. Орки вставили в ее ноутбук какую-то флешку и говорят: «Что это за удаленный файл?». 

Она начала нервничать. Русский позвал ее отца и провел с ним воспитательную беседу. То есть с помощью этой флешки они видели последние действия и удаленные файлы. Мой ноутбук проверяли минут десять, но никаких вопросов не возникло.  

– Когда вы планируете возвращаться в Херсон?

– Ничего конкретного сказать не могу. Сейчас в Херсоне очень сложная ситуация: ни света, ни воды, ни отопления. Плюс — это прифронтовой город. Возможно, я вернусь туда весной. Если будет какая-то работа, связанная с футболом или волонтерством, то, возможно, и раньше. 

Я выносил форму Кристалла рано утром. Думаю, в это время оркам было не до меня

– Что сейчас с футбольной инфраструктурой Кристалла?

– С футбольной инфраструктурой в Херсоне даже до войны было все плохо. Она как была, так и осталась. Много вещей после начала войны было разграблено, но это все поправимо, восстановить можно. Когда орки в марте входили в город, то начался определенный уровень мародерства со стороны местных подлецов. При этом пострадала база Кристалла: пропала камера, штатив, большой плазменный телевизор.

– Когда орки объявили так называемую «эвакуацию», то начали вывозить из Херсона автомобили, технику, документы. Что-то пропало из базы Кристалла?

– Там оставалась только мебель и десяток старых мячей. Разве что это могли вывезти. 

– Как восприняли то, что оккупанты решили провести футбольный матч в Каховке? 

– Мы решили спрятать форму Кристалла, чтобы его экипировку не использовали в пропагандистских целях. Форма у нас далеко не новая, уже три сезона команда в ней отыграла. Такое практикуется только в бедных клубах. Но тут дело не в ценности формы, а в символизме. Чтобы ее не использовали оккупанты и их немногочисленные пособники, которые, к сожалению, нашлись в Херсоне. Для меня это было важно. 

У меня был доступ к нашему складскому помещению, где хранилась форма Кристалла. И я потихоньку начал ее выносить. Объем там большой и за один раз не вынесешь. Тем более вокруг стадиона было несколько оккупированных зданий: с одной стороны – захваченное помещение СБУ, с другой – здание, которое принадлежит коллаборанту Сальдо, с третьей – захваченное СИЗО, с четвертой – ККЗ «Юбилейный», где рашисты сделали гуманитарный штаб «Единой России».

Вход в стадион "Кристалл". Фото: Google

Единственным незахваченным местом в этом районе долгое время был наш стадион. Я, наверное, сделал ходок десять, когда выносил форму. Машину я брать не стал, потому что можно было лишиться и формы, и машины. Экипировку я спрятал в разных местах по всему городу. Могу сказать точно, что на сегодняшний день форма Кристалла уцелела. 

– Орки не обращали внимания на то, что вы несете в пакетах?

– Проблем не было. Я выносил форму рано утром. Думаю, в это время им было не до меня. 

– Кто-то из команды вам помогал в этом?

– Нет, зачем кому-то неоправданно рисковать? Дело в том, что определенное время я работал охранником на стадионе, поскольку другой работы не было. Поэтому у меня был доступ к помещениям и вопросов ко мне не возникало. Когда я там работал, оккупанты не трогали стадион, там сохранялась наша администрация. При мне туда никто не приходил из русских.

Написал Сергею Шевченко одно единственное сообщение, где приравнял его к Иуде, который продался за 30 серебряников. Он прочитал, но не ответил

– Бывший тренер Кристалла Сергей Шевченко сотрудничал с оккупантами и был замешан в создании «футбольного клуба» Фрегат. Удивились, когда узнали об этом?

– У меня удивления не было, только – разочарование. Я до последнего надеялся, что этот заслуженный в прошлом человек, не пойдет на это. Но слухи про него ходили еще с 2014 года. 

– Даже не слухи, а факты. Шевченко ведь тренировал в оккупированном Крыму ТСК «Таврия». 

– Да, но потом про это как-то забыли и пригласили его тренировать нашу Таврию, которая выступала во Второй лиге. Также говорили, что у него есть российский паспорт. Большинство не хотело в это верить, потому что Шевченко в прошлом заслуженный человек для Кристалла. Возможно, оступился в 2014 году, ничего не было понятно. Но мне все было понятно уже тогда.

– Знаю, что вы скидывали ему деньги на операцию. А во время оккупации общались с Шевченко?

– Я не являюсь его другом. Мы и до войны общались на уровне «привет – пока». Во время оккупации, когда он еще не проявил себя, я узнал, что ему будут делать операцию на сердце. По нашей футбольной общественности пошел клич, что нужна помощь на операцию, и я немного поучаствовал. 

Когда я узнал, что Сергей Шевченко начал сотрудничать с оккупантами, то написал ему в Вайбер одно единственное сообщение, где приравнял его к Иуде, который продался за 30 серебряников. Он прочитал, но не ответил.

Сергей Шевченко (справа) и так называемый мэр Херсона Кобец

– Фрегат провел хоть одну тренировку или все так и ограничилось анонсом о создании квази-клуба?

– У нас в Херсоне особо нет полей для тренировок. Более-менее приличное поле на стадионе «Кристалл». По моей информации, никаких тренировок там не было и никто не собирался. Сергея Шевченко на стадионе видели один раз. Он пришел, покурил на лавочке и ушел. 

Я не думаю, что инициатива создания Фрегата исходила от орков. Допускаю, что это инициатива голодных тренеров, типа Сергея Шевченко, который не хотел сидеть без работы. А оккупанты и рады такому варианту, чтобы создать видимость мирной жизни, поэтому они это подхватили. 

– Не знаете, где Сергей Шевченко сейчас: «эвакуировался» вместе с оккупантами или остался в Херсоне?

– Понятия не имею, мне его судьба не интересна. Если он остался в Херсоне, то полный идиот.

– Кто-то еще из футбольных личностей Херсона сотрудничал с оккупантами?

– Это деликатный вопрос. Я видел один скрин новости, что известный футбольный человек стал спортивным директором Фрегата. Но никаких доказательств у меня нет, поэтому я не буду называть фамилию. Те более, я неоднократно видел этого человека на проукраинских митингах в Херсоне.

Руководство Кристалла полностью выполнило контрактные обязательства и продолжало платить зарплату, сколько могло

– Каким было 24 февраля для команды Кристалл?

– У всех был шок и страх перед неизвестностью. В Кристалле был вопрос по иногородним футболистам. Было принято своевременно правильное решение, что их нужно отпускать домой, как можно быстрее. Они все успели выехать до оккупации вместе с главным тренером Юрием Кулишем, который из Одессы. 

Единственным, кто оставался из иногородних футболистов в Херсоне, был Виктор Мартян, который сейчас служит в ВСУ. Мы с ним постоянно были на связи, я его поддерживал, потому что все-таки местный. Но Витя сам справился. Он около месяца пробыл в Херсоне на съемной квартире. Потом ему удалось выехать через Станислав, тогда еще оккупанты выпускали этой дорогой. 

Виктор Мартян. Фото: Facebook

– Общались с Мартяном после того, как он вступил в ряды ВСУ? Что он рассказывает о службе?

– Он говорит, что это нелегкое ремесло, но бодрости духа не теряет. В рядах ВСУ не только Виктор, но еще и много фанатов Кристалла. Они наши герои и наша гордость. Рад, что знаком с ними лично.

– Что было с местными футболистами Кристалла?

– Все выезжали постепенно, каждый индивидуально. Никакого организованного выезда не было. 

– Кристалл – коммунальный клуб. Руководство города в лице мэра Игоря Колыхаева не помогало с выездом?

– Руководство полностью выполнило контрактные обязательства и продолжало платить зарплату, сколько могло. Футболисты и персонал остались довольны. Что касается организованного выезда, то у Колыхаева других проблем хватало, например, поддерживать жизнеобеспечение города.

Футболисты Кристалла. Фото: Facebook

– О Колыхаеве ходит много противоречивых разговоров. Одни говорят, что его похитили, другие – что на самом деле он сотрудничал с оккупантами. Что вы думаете о нем?

–  Не могу подтвердить ни одну версию. Личное мнение высказывать не буду, потому что я являюсь работником коммунального предприятия. Надеюсь, что он до конца остался порядочным человеком и все с ним будет хорошо. 

– Команда после начала войны сразу поняла, что не будет функционировать?

– Что можно понять сразу? Но когда оккупанты уже вошли в город стало понятно, что это не закончится за неделю. Несколько месяцев вообще не было понятно, будет ли вообще проводиться чемпионат Украины. Люди думали о своих семьях, безопасности, а не о футболе. 

Евтушенко не понимал, с какими сложностями ему придется столкнуться в коммунальном клубе

– После нашей победы Кристалл возродится?

– Думаю, что у Херсона после победы будут гораздо более важные расходы, чем финансирования футбольного клуба. Но мы со своей стороны будет интенсивно искать инвесторов. Если такие найдутся, то Кристалл обязательно вернется на футбольную карту Украины. 

Могу сказать, что за прошедшие годы частные инвесторы в Херсоне не находились. Хотя такие люди находятся, к примеру, в Тернополе.

– Почему так?

– Наверное, в Херсоне не хватает немного футбольных традиций и инфраструктуры. Чтобы сделать все правильно, нужны значительные вложения. 

– Игорь Колыхаев содержал футзальный клуб Продэксим, который становился чемпионом Украины и выступал в Лиге чемпионов. Почему нельзя было увеличить финансирование Кристаллу, ведь в позапрошлом году команда выступала в Первой лиге?

– Насколько я понимаю, Колыхаев предпочитает финансировать спорт высших достижений. В футзале конкуренция намного ниже, чем в футболе. Одно дело ‒ конкурировать с Ураганом и Энергией, и совсем другое – с Динамо и Шахтером. 

Колыхаев всегда хотел быть на самом верху, а Продэксим – чемпион Украины и участник еврокубков. Видимо, Кристалл был ему не интересен. Чтобы в футболе достичь успеха и конкурировать с Шахтером и Динамо, нужны большие деньги. 

Игорь Колыхаев. Фото: Facebook

– Колыхаев посещал матчи Кристалла?

– Колыхаев – занятой человек. Приходил он один раз, когда команду тренировал Вадим Евтушенко, которого назначил как раз Колыхаев. 

– Почему Евтушенко показал провальный результат в Кристалле, ведь до этого работал с клубами УПЛ – Ворсклой и Динамо?

– Вадим Евтушенко – очень приятный и интеллигентный человек. Думаю, он хороший тренер. Но вряд ли он понимал, когда соглашался на работу в Кристалле, что такое коммунальный клуб и с какими сложностями ему придется столкнуться. Это была его ошибка.  

Также сыграл свою роль фактор, что он долгое время работал с Алексеем Михайличенко в Премьер-лиге. А Первая и Вторая лиги – это свой мир, который нужно знать досконально, чтобы добиться каких-то результатов. 

Этот мир хорошо знает Сергей Шевцов. Он знает все тонкости и у него есть талант руководителя. Если бы таким людям доставались необходимые ресурсы, то наш футбол был гораздо ярче и сильнее.

– Где был бывший директор и тренер Кристалла Сергей Шевцов во время оккупации?

– Долгое время он пробыл в оккупации и выехал из Херсона гораздо позже, чем я. Мы с ним поддерживали контакт. Чем он занимался, лучше спросить у него. Могу сказать точно, что он не сотрудничал с оккупантами ни в каком виде. 

Люди начали материть орков, плевать, называли «фашистами». Оккупанты открыли огонь со всего что было

– Херсон в начале войны прогремел на всю Украину. Тысячи людей, и вы среди них, выходили на проукраинские митинги против оккупантов. Расскажите, как это было. 

– Это происходило спонтанно. Конечно, были определенные лидеры и активисты, от которых исходила инициатива. Люди собирались на Площади Свободы. Самый массовый митинг был 13 марта в День освобождения Херсона от немецко-фашистских захватчиков, что очень символично. Тогда как раз в первый раз проявились местные колаборанты: Стремоусов, Сальдо, Семенчев.

Мы собрались на Площади Свободы и пошли к вечному огню. Было около десяти тысяч человек, может, дальше больше. На улице Перекопской, недалеко от стадиона, стояла российская техника. Наверху сидели рашистские солдаты в масках с оружием. Люди начали их материть, плевать, называли «фашистами». 

Проукраинский митинг в Херсоне. Фото: Андрей Скворцов

Оккупанты открыли огонь со всего что было. Особенно страшный звук издавали крупнокалиберные пулеметы. Они стреляли в воздух, пытались отогнать толпу от своей техники. Но в тот момент мы не понимали, куда они стреляли и было страшно. Но никто не разбежался. 

– Рашисты много людей в Херсоне похищали и отправляли «на подвал», где совершались пытки. У вас во время оккупации не было конфликтов с оккупантами?

– К счастью, меня это обошло. Они приходили в мой подъезд, на этаж ниже, искали сотрудника МВД, но его дома не было. Это был самый близкий контакт, а так я старался их избегать. 

Несколько раз меня останавливали в городе, досматривали машину, но не слишком тщательно. Блокпосты оккупантов были блуждающими: сегодня они в одной точке города, завтра – в другой. Я старался их объезжать, но иногда бывало, что не было куда свернуть. 

– В недавнем интервью вы говорили, что занимались в Херсоне «примитивной партизанской деятельностью». Расскажите подробнее.

– Мы с товарищем наделали специальные «жучки», чтобы прокалывать оккупантам колеса в транспорте. Конечно, они бы не смогли повредить серьезные колеса грузовой техники. Мы кидали их под колеса автомобилей, но довольно быстро поняли, что это бесполезно. Ими можно пробить шины в легковых автомобилях, но есть риск, что тебя увидят, поймают и ничего хорошего не будет. К тому же мы понимали, что они даже не будут менять поврежденные колеса, а просто отожмут новый автомобиль у местных, нарисуют на нем «Z» и поедут дальше. 

Также мы занимались патриотическим вандализмом. Когда появились смешные на сегодня билборды «россия здесь навсегда», пришлось их немного попортить. Сейчас с этого смеются – «россия здесь до ноября», но тогда эти надписи сильно подавляли. 

Ультрас Кристалла. Фото: Facebook

Думаю, Сальдо ждет участь Стремоусова. Предатели никому не нужны

– Вы упоминали местных коллаборантов. Как часто вы с ними пересекались до войны? Насколько я знаю, Сальдо бывал на матчах Кристалла.

– На самом деле, он приходил очень редко – чтобы попиариться. Когда Кристалл стартовал в Первой лиге матчем против МФК Николаев, он пришел один единственный раз в футболке Кристалла. Не знаю, где он ее раздобыл. Он посидел один тайм, сфотографировался и ушел. 

Мы все помним, что пять лет отсутствия Кристалла во Второй лиге было при его каденции мэра. Сальдо снял клуб с профессиональных соревнований, аргументируя, что нет денег. Он по сути своей – вредитель.

– Стремоусова уже ликвидировали. Как думаете, что будет ждать Сальдо?

– Думаю, его ждет та же самая участь. Предатели никому не нужны.

Читайте также «Я пришел в Динамо, чтобы дать достойный ответ Шахтеру»: откровения директора по развитию клуба Максима Радуцкого «Я пришел в Динамо, чтобы дать достойный ответ Шахтеру»: откровения директора по развитию клуба Максима Радуцкого

Комментировать могут только зарегистрированные пользователи.