«Когда футболисты Бордо узнали о зарплатах Днепра, говорили: «За такие деньги мы бы даже на тренировку не вышли»: Сергей Краковский о Днепре, который исчез навсегда

Александр Петров
Александр Петров
Просмотров 108641
Комментариев 0
«Когда футболисты Бордо узнали о зарплатах Днепра, говорили: «За такие деньги мы бы даже на тренировку не вышли»: Сергей Краковский о Днепре, который исчез навсегда
Сергей Краковский.Фото: Google

Эксклюзивное интервью для FanDay.net с легендарным вратарем Днепра Сергеем Краковским.

Сергей Краковский в эксклюзивном интервью FanDay.net рассказал о фантастическом времени в истории Днепра, с которым более чем за десять лет завоевал все, что только можно было выиграть в Союзе. Он единственный голкипер Днепра, который входил в список 33-лучших футболистов СССР, определяемый по итогам года. Сейчас бывший №1 Днепра Краковский работает в житомирском Полесье и юношеской сборной Украины U-17. 

Знаменитый вратарь рассказал, что поразило его при первой встрече с Марадоной, зачем он парировал пенальти, который обязан был пропустить в Кутаиси, назвал причину, по которой отказал Лобановскому и не вернулся в Динамо, а также сколько зарабатывали футболисты Днепра, ездя по зажиточным колхозам Союза. 

Марадона удивил своим поведением

- Ваша карьера начиналась ярко. В 1978-м «золото» юношеского чемпионата Европы, через год - «серебро» юниорского первенства мира. Как это было?

- Польша, где мы «золото» взяли, у меня как-то на одном дыхании пролетела. А поездка в Японию, оставила яркие впечатления. Для меня это был космос. Первое, что запомнил, как мы на поезде преодолели 500 километров меньше чем за 4 часа. Был в шоке от того, что поезд может так быстро двигаться. Особенно после того, как у нас из Киева в Харьков за 489 километров приходилось добираться, тратя на дорогу в два раза больше времени. «Кока-колы», «Фанты» мы могли пить, сколько хотели. Казалось, что попал в другую реальность.

В финале нам предстояло сыграть с Аргентиной (проиграли 1:3 – Прим. А.П.). В составе у них два классных игрока: Марадона и Диас. Они уже и в первой команде играли. Не сказал бы, что они особо выделялись на том турнире, но забивали много (Диас – 8, Марадона – 6 голов). Помню, меня удивило поведение Марадоны. Случалось, что по нескольку человек из разных команд собирались в холле отеля. И тут картина: Марадона, развалился на диване, ноги закинул на стол. Когда к нему подошел главный тренер чемпионов мира 1978 сборной Аргентины Луис Менотти, Диего, продолжая лежать, говорил с ним. Мы ведь привыкли по стойке смирно стоять, когда с тобой разговаривает тренер.

- А какое впечатление оставила поездка на чемпионат мира 1986 года в Мексику?

- В Мексике мне было тяжеловато. Поначалу, когда Эдуард Малофеев готовил сборную к мировому форуму, он вызывал Дасаева и меня. Потом была отставка Малофеева, и сборную в Мексику повез Лобановский. В составе появилось много динамовцев, среди которых и вратарь Виктор Чанов. Так что в Мексику я ехал третьим ‒ за спинами Дасаева и Чанова, и мне оставалось только усиленно тренироваться и доказывать, что на ЧМ-1986 я попал неслучайно.

- С кем больше всего общались в сборной?

- У меня были хорошие отношения со всеми ребятами. Конечно, киевляне больше держались вместе, «спартачи» - между собой. В номере жил с Сергеем Родионовым. А через стенку - Блохин и Чанов. Но мы часто заходили друг к другу.

Читайте также Леонид Буряк: «Олег Блохин любил цыпленка табака и отговаривал меня от перехода из Динамо в Спартак» Леонид Буряк: «Олег Блохин любил цыпленка табака и отговаривал меня от перехода из Динамо в Спартак»

Первая тренировка в Днепре носила название «потогонная» 

- В киевском Динамо вы провели почти три года, но в основе сыграли лишь одну игру. Даже 20 минут…

- И то лишь потому, что Лобановский психанул на Витю Юрковского (тот на 55-й минуте грубо ошибся, что позволило Пахтакору повести в счете – Прим. А.П.) и поменял его. Я даже не ожидал, что смогу сыграть в этом матче. Вышел, когда мы уступали в счете - 2:1, а в итоге - 2:2. Можно сказать, дебют был удачный - не пропустил. Но Васильич молодым особо не привык доверять. Сразу же взяли Роменского из Черноморца. Юрковского перевели в дубль. Что мне оставалось – сидеть за их спинами? У нас ведь тогда в команде еще Миша Москаленко и Юра Сивуха были. Получается, пять вратарей, и каждый хочет играть.

- То есть, в Днепр вы шли за игровой практикой?

- В общем-то да. Играть хотел. Сидеть на лавочке никогда не устраивало, а в Днепропетровске давали гарантии. У нас был долгий разговор с Лобановским. В общем, отпустили меня в Днепр. Команда тогда играла в Первой лиге, но шла в лидерах.

- Можете вспомнить атмосферу, с которой столкнулись в Днепре?

- Помню, приехал я на базу в Приднепровск - она мне понравилась (место для базы выбирал Лобановский, когда работал с Днепром - Прим. А.П.). Из ребят я никого не знал, за исключением Саши Трошкина ‒ брата Владимира, игравшего в киевском Динамо. Бывало, виделись с ним, когда он в Киев приезжал. Обстановка в команде сильно отличалась от той, что была в Киеве. Я привык к порядку. В Динамо по традиции все четко и жестко. По расписанию – установка, тренировка, разбор игры и т.д. Знаешь, что за чем. А тут такого нет и в помине. Вспоминаю первую свою тренировку в Днепре, название она носила «потогонная». Так ее преподнес мне главный тренер Виктор Лукашенко. Я еще подумал тогда, что за слово такое – может, научное. Все оказалось проще простого. Мы вышли на одно из полей, поиграли в квадрат. Потом поделились на команды, сыграли два тайма по 30 минут и все на этом закончилось. Подумал еще тогда: что же тут «потогонного»?

Читайте также Олег Блохин: «Instagram себе завел по совету дочек и моего юриста» Олег Блохин: «Instagram себе завел по совету дочек и моего юриста»

Мы хотели выиграть каждый матч

- Расскажите, какая была обстановка в первые дни прихода тандема Емец-Жиздик?

- Обычная. Емец сразу нам сказал: «Ребята, никто вас тут не будет уничтожать. Работайте, как и работали, а мы будем разбираться». Ничего радикального в тренировочном процессе не произошло. Он команду раскрепостил, дополнил состав опытными футболистами из Никополя, которых хорошо знал. Это и принесло результат.

- Почему их поначалу называли «колхозниками»?

- Я такого не слышал. Честно, без обмана, говорю. Сам я слышал, как говорили о том, что только эти двое могут вытащить Днепр. И они оказались правы.

- Жиздик, в отличие от Емца, казался серьезным и скучным…

- «Папа» (Жиздик - Прим. А.П.) был начальником команды. Он ходил по всяким обкомам и горкомам. Поэтому костюм и галстук всегда был при нем.

- Первое, что вспоминается в 1981 году, так это победа на «Метеоре» над Динамо (Тбилиси) - обладателем Кубка Кубков…

- К тому времени мы обрели уверенность. В игре наметился прогресс. На выезде обыграли Черноморец и Таврию, дома - ЦСКА. Помню, как в том матче мы забили. Шли уже последние минуты матча. Мы, как и они, уже согласны были на ничью. Я отдал мяч своему защитнику. Он отпасовал мне и так несколько раз. Тогда это в порядке вещей было. И тут наш защитник вдруг пасует на Надеина, а тот со своей половины поля делает длинную передачу вперед. Погорелов остановил мяч грудью, удар и гол. Воля случая.

- Помните, о той конкуренции, которая была у вас с Виктором Консевичем в 1982 году?

- Считали, что Консевич опытный вратарь и ему, как и мне, нужна игровая практика. Нас по очереди ставили в ворота. Проведет один из нас 2-3 матча, что-то не заладится у него, на следующий поединок ставят другого. Рабочие моменты.

- Как Днепру удалось преодолеть комплекс провинциальной команды и стать чемпионом СССР в 1983 году?

- Да не было никакого комплекса. В 1983 году у нас классная команда собралась: Таран, Лютый, Литовченко, Протасов, Погорелов, Павлов… Да всех ребят можно назвать. Задачу стать чемпионами в начале сезона никто перед нами не ставил. Мы просто хотели выиграть каждый матч. И это были не лозунги. Выиграли одну игру, затем другую. Так и пошло. У нас на базе в вестибюле висел график – движение команды по турам. Зеленый цвет означал – победа, синий – ничья, красный – поражение. Помню, Олег Серебрянский по этому поводу шутил: «Что-то у нас красного тут вообще ничего нет».

Читайте также «Учил Блохина бить правой ногой, он вообще не умел». Тренер, сделавший Зарю чемпионом СССР Герман Зонин, о легендарном сезоне-1972 «Учил Блохина бить правой ногой, он вообще не умел». Тренер, сделавший Зарю чемпионом СССР Герман Зонин, о легендарном сезоне-1972

В Кутаиси попросили ничью – мы согласились

- В 1982 году Днепр играл полуфинал Кубка СССР на «Метеоре» против Торпедо. Есть подозрения, что тот матч вы торпедовцам «сдали». Можете подтвердить или опровергнуть эту информацию?

- Не знаю, откуда вы это взяли. Никаких разговоров о сдаче того матча я не помню. Там полузащитник нашей команды ошибся (Владимир Кобзарев – Прим. А.П.) и в свои ворота забил. Помню, он был лицом ко мне и владел мячом. Я выдвинулся вперед и попросил отдать мяч мне. Тут его стал прессинговать торпедовец, и он ткнул мяч мимо меня в ворота. Просто нервы не выдержали, вот и все. И потом, подумайте, какой человек будет «плавить себя» на виду всего «Метеора»? Так что это выдумки болельщиков и журналистов.

- Вот еще цитата Леонида Колтуна: «Я всегда с ухмылкой читаю, как знаменитые футбольные ветераны заявляют, что никогда не играли договорные матчи в чемпионатах СССР. Играли. Все тогда играли, договаривались и помогали друг другу. Это было в порядке вещей». Правда ли, что между Днепром и Зенитом были особые отношения? Что помогали Шахтеру, в конце чемпионата, 1982 сохранить место в высшей лиге?

- С Зенитом не было никаких особых отношений. Посмотрите по результатам наших матчей с ними. Насчет Шахтера, честно, не помню. Вот динамовцам Тбилиси мы помогли остаться в Высшей лиге. Сыграли с ними вничью 1:1. Мы еще спрашивали у них: «А вам очка хватит?». Проигрывать однозначно не собирались. В общем, отдельные договоренности тогда имели место, но чтобы постоянно – такого не было.

- А что за история была у Днепра в чемпионском 1983 году в Кутаиси, в который фигурировали вы? В том матче вы парировали пенальти, который обязаны были пропустить. Это так?

- Я знал про этот договор. Ничью они попросили, потому что шли на вылет. Мы согласились, посчитав, что ничья на выезде - хороший результат. Но уже по ходу матча они повели себя неправильно. При счете 1:1 постоянно рвались к нашим воротам. Правда, у них ничего не получалось – то защитник наш выбьет мяч, то я парирую удар. В общем, ребята завелись: «Да пошли они, не станем очки с ними «пилить». А тут еще Погорелов забил. Потом ‒ сразу же пенальти на 90-й минуте. Я решил прыгнуть в левый от себя угол, а Куртинадзе в меня пробил. Мяч угодил мне в живот, что я мог сделать.

- Рассказывают, что после матча там толпа сильно бушевала. Жиздик футболистам говорил: «Мы отсюда не уедем. Или здесь прибьют, или с самолетом что-то сделают». В раздевалке вы просидели почти до трех ночи. Это так?

- Были после того матча разные разговоры, всякая ерунда. В раздевалке мы просидели часа два с половиной. Потом поехали в гостиницу, где обстановка нормальной была. Улетели без проблем.

- Долг за ту победу вроде как вы в 1985-м отдавали. Снова Кутаиси, ничья и пенальти. Скажите, почему вас тогда заменили, и 11-метровый били уже Городову? Вы сами попросили замену?

- Сам я замену никогда не просил, только если травма. Про договоренность в том матче мне ничего не известно.

- Расскажите, как в 1983 году в Ташкенте в Жиздика с трибун бросили стакан…

- Да, помню ту историю. Матч закончился. Мы выиграли и шли вдоль поля в сторону нашего автобуса. Жиздик шел впереди меня, и вдруг с трибуны прямо ему в лоб летит граненый стакан. Геннадию Афанасьевичу быстро все зашили. По пути домой из Ташкента мы делали три посадки. Кровь у него все время сочилась. Но он же фронтовик, так что держался мужественно. Да и врач был все время рядом. В общем, обошлось.

Читайте также Неизвестный Лобановский: графское происхождение, инженер-промтеплоэнергетик, полковник МВД Неизвестный Лобановский: графское происхождение, инженер-промтеплоэнергетик, полковник МВД

Лобановскому отказал из-за аварии на ЧАЭС и любви к Днепру

- От игроков Днепра приходилось слышать, что все финансовые потоки клуба шли через Жиздика. Геннадий Литовченко рассказывал про хорошие премиальные – если выигрывали, могли заработать до 1000 рублей в месяц. Это правда?

- Тех сумм, о которых говорил Гена Литовченко, я точно не получал. Это преувеличение. Если только к матчам чемпионата еврокубки не добавлялись. Там за матч нам по 200 рублей платили, за выход в следующую стадию турнира – 500. Вот такая схема была у нас. Помню, когда футболисты Бордо в 1985-м узнали об этих суммах, говорили: «За такие деньги мы бы даже на тренировку не вышли». Вот так.

- Но у вас был тогда еще один легальный заработок ‒ играми в богатых колхозах Днепропетровщины?

- Это была популяризация футбола. За игру получали 40 рублей. Так что деньги не безумные. Мы ездили обычно на другой день после календарной игры чемпионата. Дома у тебя жена, дети, ты их редко видишь. Сел утром в автобус и едешь в село. Праздник у них там, в 12 часов.

- Что за зарплаты были в то время у игроков Днепра?

- В общем, как и у всех в стране ‒ 220 рублей с копейками минус налоги. Сборники получали по 250.

- В 1986 в игре Днепра случился провал. Команда закончила чемпионат на 11-месте. Последовала отставка Емца. Говорят, не без помощи игроков...

- Не слушайте околофутбольных версий. Это все домыслы. Там все совсем по-другому было. Просто на каком-то этапе Жиздик и Емец не поняли друг друга. Вот и все.

- В 1986-м в составе Днепра вдруг появился Юрий Гаврилов. Почему он так и не заиграл в команде?

- Просто не подошел нам по стилю игры. Не вписался в команду. Он, как бывший «спартаковец», любил короткий пас, «стенки». У нас был другой футбол. Десять полевых игроков работали как на атаку, так и на оборону. Каждый на своем участке. У Юры этого не получалось.

- А что он был за человек?

- За полем Юра – душа компании. Умел говорить с иронией, все время анекдоты, байки рассказывал. 

- Говорят, у него были проблемы с режимом. Зашли как-то к нему на квартиру, а там все заставлено пустыми бутылками от пива?

- Ну, так пиво – это не порок.

- В том году вас позвал назад в Динамо Лобановский. Неужели отказали? 

- Да. Это было сразу после Чемпионата мира в Мексике. Вы помните, что тогда было в стране – Чернобыль. Все, кто мог, уезжали из Киева. Я своих родителей оттуда увез. Да и к Днепру я уже прикипел – моя команда. К городу уже привык. Так что мне особо никуда не хотелось ехать. Предпочел остаться: считаю, правильно сделал.

Пока был в сборной, мое место заняли

- Но ведь тогда в Днепре вы уже были не на первых ролях. Из основы вас стал вытеснять Валерий Городов…

- Дело в том, что в начале 1986 года я вместе с Лютым и Башкировым в составе сборной клубов Союза поехал в Индию. Мы участвовали в традиционном турнире «Кубок Неру», названного в честь первого Премьер-министра Индии. Выиграли его. Сыграл я удачно. Из шести игр провел пять, пропустил лишь один мяч и был признан лучшим. А когда вернулся в Днепр, место в основе было занято. Не буду же я бунтовать, обращаться с претензиями к тренеру?! Ставили в дубль играть, на Кубок. Конечно, было неприятно, но у каждого тренера свои предпочтения и только он решает, кто будет играть.

- У каждого тренера своя философия. Что изменилось в Днепре после прихода в команду Евгения Кучеревского?

- Особо ничего не поменялось. Мефодьевич ведь с Емцем и Жиздиком работал вместе, так что очень многое у них взял. Кучеревский был хорошим организатором. Умел создать творческую, рабочую обстановку в коллективе. Команда тогда в Днепре подобралась интересная. Что еще нужно, чтобы пришел успех?

Читайте также «После матча со Спартаком Лобановский попал в реанимацию, а меня «зачехлили» на полгода»: вратарь Динамо 90-х о мании величия Юрана и судьбе украинского паспорта «После матча со Спартаком Лобановский попал в реанимацию, а меня «зачехлили» на полгода»: вратарь Динамо 90-х о мании величия Юрана и судьбе украинского паспорта

Взывали к совести Черенкова

- Для вас, наверное, самые эмоциональные моменты в спортивной карьере – это матчи в Кубке чемпионов против Бордо и Левски-Спартака. И пенальти, которые парировали от Спасова и Мюллера…

- Со Спасовым все было просто. Один из тренеров нашей команды ездил на просмотр болгарской команды. Он мне подсказал, что Спасов ждет, куда двинется вратарь и бьет на паузе. Вот я и остался на месте и среагировал на его удар. А с Мюллером - бывает шестое чувство: заранее знаешь, куда мяч полетит.

- В ответной игре с Бордо была серия пенальти – это игра после игры. На вас тогда очень надеялись болельщики. Французы вас боялись. Мюллер вообще отказался в этом участвовать. Почему вы не справились ни с одним ударом?

- Французы били первыми. Когда к мячу подошел Патрик Баттистон, думал: «Не буду двигаться ни влево, ни вправо. Останусь по центру ворот». Надо было так и сделать. Я же в последний момент поменял свое решение и прыгнул в правый от себя угол. А оно как не пошло, так и не пошло. Находился словно в прострации.

- Не винили себя?

- Конечно, винил. Было огромное разочарование. Сейчас могу сказать, что это самый большой кошмар в моей спортивной карьере.

- Знаменитый спартаковец Черенков ведь свой 100 гол в зачет Клуба Федотова забил вам в скандальном матче 1987 года в Лужниках?

- Да уж! Судил тот матч арбитр из Омска, Владимир Кузнецов. Это спартаковский судья. Все это знали. Были в Союзе те, кто симпатизировал московской команде. К тому же это был его последний матч. По-видимому, он и решил напоследок услужить Спартаку. В том матче он нас просто «убивал». Там ведь ни гола, ни пенальти в наши ворота и в помине не было. В ситуации с голом мяч попал в перекладину и от нее в поле, далеко от линии ворот. Ни мы, ни спартаковцы не поняли, чего он свистнул и к центру поля побежал. А пенальти… Мы говорили Черенкову: «Федя, у тебя есть совесть или нет»? Он в ответ: «Так это же игра! Судья назначил». Вообще, думали, он выше пробьет. А он возьми и забей. Потом вспоминал этот гол, сокрушался.

- А как же этот арбитр в решающем матче за чемпионство 1983 года пенальти в ворота Спартака поставил?

- Не знаю. Рядом, наверное, был от игрового момента. Пенальти, там ведь был очевидным.

- У каждого вратаря есть гол, за который ему стыдно или неловко. Вам за какой пропущенный мяч неловко?

- Их было несколько. Помню, со Спартаком играли на «Метеоре» и Хидиатулин уже на 1-й минуте забил со штрафного. Удар был несильным, я не стал прыгать за мячом, как оказалось, зря. Этот гол, похоже, настолько расстроил нас, что мы проиграли тот матч 1:3. Еще был один гол на «Метеоре». С кем играли, уже не помню. Там рикошет был – мяч от перекладины мне в спину угодил, а затем в ворота закатился. Было очень обидно. (Описанный гол ‒ точная копия гола Какилашвили в 1984 году в Тбилиси – Прим. А.П.).

Читайте также «Бущан неплохо смотрелся, но случались ошибки. Трубин о своих проблемах сам знает»: Сергей Краковский – о вратарях современной УПЛ «Бущан неплохо смотрелся, но случались ошибки. Трубин о своих проблемах сам знает»: Сергей Краковский – о вратарях современной УПЛ

В моем понимании вратарь – это атлет

- После игровой карьеры у вас началась тренерская. Выбор сделали правильный?

- Мне эта работа нравится. Слава Богу, все получается. Пришлось поработать и в клубах и сборной. Было очень интересно и познавательно.

- Тренировки Краковского – что это?

- В моем понимании вратарь это - атлет. И для того, чтобы овладеть какими-то элементами приема мяча, вовремя выдвинуться на соперника, он должен иметь определенную силу. То есть быть физически крепким и сильным, во всех отношениях, десятиборцем.

- Почему юных вратарей пугают тем методом, который использует в своей работе Краковский?

- Не знаю. У нас любят поболтать, выдумывать всякие истории. Потом все перерастает в некую балладу. Может, кому-то что-то не нравятся в моей работе. Но я работаю так, как считаю нужным.

- Говорят, что одно из самых диких ваших упражнений - «колесо белки». Что это за упражнение и для чего его следует выполнять?

- «Колесо белки» - это упражнение с барьером, который нужно перепрыгнуть и подлезть под него, несколько раз, работая с мячом. Направлено на выработку координации, скорости, быстроты реакции. Если говорить простым языком, есть группа крупных и группа мелких мышц. Для того, чтобы все эти мышцы включились в работу, необходимы определенные упражнения.

- Все упражнения, которые вы используете на тренировках, сами разработали?

- Многие из них мои. Некоторые у Леонида Колтуна позаимствовал. Он первый их давал на тренировках в Днепре, когда со мной работал. У нас тогда все было намного проще. Не так, как сейчас, когда с вратарями, изо дня в день тренеры отдельно работают.

- Главная вещь, которой вас научил Колтун?

- Трудолюбие. Я и так любил помногу трудиться. Он это качество во мне еще больше развил.

Александр Петров, специально для Fanday.net

Досье. 

Сергей Викторович Краковский

Вратарь. Мастер спорта СССР. Родился 11 августа 1960 г. в Николаеве.

Игровая карьера: Динамо Киев (1977 - 1980), Днепр Днепропетровск (1980 - 1991), Хапоэль Цафририм, Израиль (1991 - 1992), Хапоэль Хадера, Израиль (1992 - 1994), Полесье Житомир (1994).

Тренерская карьера: Металлург Запорожье (1995 - 1996, 2013 - 2015), Днепр Днепропетровск (1998), Кривбасс Кривой Рог (1998 – 1999, 2012 - 2013), Звезда Кировоград (1999), Уралан Элиста, Россия (1999), Арсенал Киев (2000 – 2005), Химки Химки, Россия (2005), Кубань Краснодар, Россия (2005), Сборная Украины (2010-2011), ФК Ростов, Россия (2011), Астана Нур-Султан, Казахстан (2012), ПФК Сумы (2017), сейчас ‒ Полесье Житомир и сборная Украины U 17.

Достижения: Чемпион СССР 1983, 1988 гг.

Серебряный призер СССР 1987, 1989 гг.

Бронзовый призер СССР 1984, 1985 гг. 

Обладатель Кубка СССР 1989 г. 

Обладатель Суперкубка СССР 1989 г

Обладатель Кубка СССР 1989 г. 

Обладатель Кубка Федерации футбола СССР 1986, 1989 г. 

Чемпион Европы среди юношей 1978 г.

Серебряный призер юниорского чемпионата мира 1979 г. 

Участник чемпионата мира в Мексике 1986 г.

В списке 33-х лучших футболистов СССР 2 раза (№3 1984, 1985 г.)

Напишите первый комментарий

Комментировать могут только зарегистрированные пользователи.