Олег Мищенко: «О переходе в Амкар не жалею. В России зарабатывал 30000 долларов в месяц»

fanday
fanday
Просмотров 138811
2 голоса
Олег Мищенко: «О переходе в Амкар не жалею. В России зарабатывал 30000 долларов в месяц»
Олег Мищенко, фото: ФК Ворскла
1
0
Комментариев 0

Бывший игрок донецкого Металлурга, Ворсклы и ряда других клубов дал откровенное интервью Fanday.net.

Когда-то в юном возрасте Олег Мищенко был на просмотре в итальянской Роме, а сейчас этот футболист без клуба. Мищенко тренирует детей в Полтаве и проводит время с семьей. Экс-игрок Ворсклы и ряда других клубов пришел в гости на Fanday.net

Олег рассказал немало эксклюзивных историй ‒ почему ушел из Полесья, жалеет ли о переходе в Амкар, как когда-то сам покинул киевское Динамо и о высоких зарплатах в российском футболе. 

«За то, что делает Суркис для своих пацанов, он красавчик»

- Ты уже длительное время без клуба. Чем сейчас занимаешься? 

- Я тренирую детей 2010-го года рождения в ФК Полтава. Уже четыре месяца официально этим занимаюсь. Для меня это новый вызов, пока все нравится, интересно. Хочу научить их тому, чему меня не научили в детстве, указать на ошибки, которые нельзя делать в футболе. 

- Перед Полесьем ты был в Ильичевце. Как это – играть за фарм-клуб Шахтера? 

- В Амкаре я первые семь туров даже не выходил на поле. Тогда меня пригласили в аренду в Мариуполь на полгода, и я поехал. 

- Какое твое отношение сейчас к Черноморцу и Мариуполю? Такое количество арендованных, еще и из одних клубов, это нормально? 

- Считаю, что это палка о двух концах. Первое: этим пацанам надо играть. С этих составов Черноморца и Мариуполя по-любому кто-то выстрелит. Второе: не слишком справедливо относительно своих воспитанников, которые есть у одесситов и мариупольцев в U-19. Что им делать? Шансов не будет, потому что играют молодые арендованные, которые пришли с Динамо и Шахтера. Надо знать, чего ты хочешь: развивать своих парней или другой клуб. 

По Мариуполю давно понятно, что это вторая команда Шахтера. А то, чем Черноморец стал для Динамо, для меня это было новостью.

Когда я играл, то были Динамо-3, Динамо-2 и дубль. Вот три команды, ты выходишь за них, играешь и прогрессируешь. Сейчас такого нет. Школа ежегодно выпускает более 50-60 человек. Поэтому им нужна игровая практика. 

То, что делает Динамо и Суркис, он для своих красавчик. Потому что он им дает практику. То же делает и Шахтер. А вот что делать воспитанникам Мариуполя и Черноморца, это уже вопрос третий.

«Диванные смельчаки могли написать по поводу моих выступлений в России, а в лицо никто ничего не говорил» 

- В 2016-м году ты перешел в российский Амкар. Поймал много хейта? 

- Если честно, негатива было много, но я не уделял этому внимания. По крайней мере никто никогда, когда меня видел вживую, не обижал. Диванные смельчаки могли написать, а в лицо никто ничего не говорил. 

- Сейчас жалеешь об этом переходе? 

- Нет. Может, жалел бы потому, что у меня параллельно было предложение от Панатинаикоса. Тогда был неплохой этап в моей карьере. Появились варианты или с этим греческим клубом, или с Тереком, Уралом и уже потом Амкаром. 

Я выбрал Амкар и люблю этот клуб всем сердцем. Он мне подарил много друзей, с которыми я общаюсь до сих пор, на связи 24/7. Я три-четыре года назад оттуда уехал, а мы не потеряли связь. Поздравляем друг друга с праздниками, общаемся. Благодаря Амкару, у меня появились даже не надежные друзья, а братья. Поэтому я не жалею. 

- Погоди. Как можно было, выбирая между Панатинаикосом и Амкаром, уехать в Пермь, а не Афины? 

- Я выбрал Россию, и объясню, почему. Помню еще те времена, когда кайфовал от игры московского Спартака. Я знал, как делается в России. 

У нас игрок выстреливает – и всё тянется очень долго. Вот вспомните Романа Безуса, когда он был в Полтаве. Он был на безумном уровне, а его только через два года забрали в Динамо.

А в России такого не бывало: как только игрок выстреливал, то его забирали сразу. Любой, кто в 24-27 лет забивает там за полгода пять мячей, сразу получает свой шанс. За ним не будут, как у нас, по два-три года наблюдать, а только потом его подписывать. Карьера идет быстрее.

Я хотел тогда попасть в Спартак, поэтому и выбрал Россию.   

- Футболисты дальше переходят из Украины в Россию. Твое мнение: это правильно или нет? 

- Две стороны медали. Если смотреть чисто на политику, на ситуацию с войной, то это неправильно. Но давайте опять же... 

С 1 января этого года сколько тысяч людей из Украины переехали и получили российское гражданство? Их очень много, нереально просто, не помню точной цифры, поэтому не хочу говорить и обманывать. Это не спортсмены. Почему о них никто не говорит? То, что у них чемпионат даже не на пять, а на десять голов сильнее, чем наш - это факт. То, что наша сборная сильнее, чем их - это тоже факт. Тот чемпионат, который был у нас с 2010 по 2016 год, был намного сильнее российского. Но сейчас Россия впереди Украины на лет десять в развитии футбола. Когда такого не было, мы были сильнее и имели качественных футболистов. 

Я понимаю и поддерживаю Иванисеню в том, что он перешел в Крылья Советов. Он очень хороший игрок, я с ним был в Мариуполе и помню. То, что он закрыл себе пока сборную, это факт. Пока что. Никто не знает, что будет завтра. Он хочет, расти как футболист, прогрессировать и играть в сильном чемпионате, и в этом он прав. Поверьте, футбольная карьера не столь длинная. Я никогда не думал, что в 28 или 29 лет закончу с футболом. Надо успеть что-то заработать, отложить, купить. 

Сейчас зарплаты в России в раз тридцать больше, чем в Украине. В Амкаре я зарабатывал больше, чем в украинских клубах. 30000 долларов в месяц.

Когда-то в Ворскле тоже были хорошие зарплаты, 20-30 тысяч долларов. Когда был жив, Царство Небесное, Олег Бабаев, платили солидные деньги. Но то, что есть в Украине сейчас, не сравняется с условиями, которые предлагают в России.  

«После фото с Громовым на фоне Кремля сразу позвонил Зозуля и напихал мне торбу»

Артем Громов и Олег Мищенко на фоне Кремля

- Когда с Громовым фоткался на фоне Кремля, ожидал такой реакции? Как воспринимаешь это сейчас?

- Во-первых, я тогда был молодой, не было такого ума, мышления, как сейчас.

Мне тогда сразу позвонил Рома Зозуля, напихал мне торбу, типа, что я делаю, «удали быстро». Я удалил сразу. Понимал, что могут быть какие-то последствия.

Вот такая ситуация, просто необдуманный шаг. Не было цели кого-то спровоцировать. Просто необдуманное решение выставить фото.  

- Какое твое отношение к России?

- Нейтральное. У меня нет ни негатива, ни позитива. У меня там друзья. А сама страна ‒ мне не интересно говорить о ней, если честно. В каждой нации есть адекватные люди, а есть неадекватные. Сейчас идут военные действия с Россией, поэтому говорить что-то хорошее или плохое я не буду. Это политическая ситуация, и туда я лезть точно не хочу. 

- Спорт вне политики или нет? 

- Я считаю, что на сто процентов спорт вне политики. 

«Один агент предлагал мне Локомотив: зарплату 10 000 долларов, 100 000 подъемных. И это в 17 лет!»

- Ты родом из поселка Пархомовка на Харьковщине. Как такой простой парень оказался в киевском Динамо? 

- Благодаря отцу. Он меня возил на все возможные турниры: в Харьков, Сумы, Ахтырку. Папа меня научил любить футбол. Когда он играл на Харьковскую область, то брал меня на все матчи. Я полюбил футбол благодаря ему. На одном из турниров в Купянске, как сейчас помню, был Борисфен (Счастливое). Там меня заметил их тренер, который через месяц после того турнира стал селекционером детской школы Динамо. Он позвонил и пригласил меня на просмотр. 

- И как тебе жилось в Динамо поначалу? 

- Динамо - это любовь всей моей жизни. Я туда приехал и сразу стал своим. Единственное, о чем я жалею в своей карьере, что в 18 лет я послушал агентов и ушел из Динамо сам. Вот за это реально очень жалею. Послушал, потому что был такой «очень хороший» агент Алибаев, может, он и есть, я не знаю. Он мне предлагал Локомотив. 

Я тогда ‒ дурачок молодой, 17 лет, из деревни, родители бедные. Алибаев позвонил мне и сказал, что Локомотив предлагает 10 000 долларов зарплату и 100 000 долларов подъемных. Думаю, что любой молодой «поплыл бы», голова закрылась и тоже захотел бы перейти в то время. 

Чтобы вы поняли, меня Игорь Михайлович Суркис вызывал на разговор три раза. Мне тогда еще Артем Милевский говорил, что Суркис всех вызывает раз, а меня уже трижды. Было и такое. В результате контракт я не продлил, поехал с Динамо и звонит мне Алибаев и говорит: «Ну что, поехали в Мариуполь, в Первую лигу». Я говорю: «Ты что, конченый? Ты же мне обещал Локомотив». Он сказал, что там генеральный изменился и у него уже нет выхода туда.

- Какое твое отношение к агентам в футболе? Вообще нужны ли они игрокам? 

- В начале моей карьеры мне очень сильно помог агент Шаблий. Он все, что мне обещал по переходам, делал. Но сначала Вадим мне помог, а потом все пути перекрыл, «прищучил» в конце. Только больше, если можно, эту тему не развивать. Я не могу его здесь как-то унизить, или еще что. Это действительно агент со связями. Если он сказал, что сделает, то сделает. Я его знаю еще с 2008 года, мы еще были вместе в дубле донецкого Металлурга. Помню его еще как игрока. Потом я оказался в Высшей лиге ‒ в Говерле, узнал, что Шаблий ‒ уже агент, позвонил ему и попросил найти команду. Он думал, что я с другим агентом работаю, но спросил, поеду ли я играть в Ворсклу ‒ я согласился. Он через два дня звонит ‒ и отправляет предварительный контракт. Все, что я его просил, и все, что он обещал, Вадим делал.

«Онищенко меня похоронил сразу»

Владимир Онищенко

- Ты играл за Динамо-2 и за дубль, но за основу так и не дебютировал. Почему? 

- Я тренировался с основой при Демьяненко. Не говорю, что постоянно, но много раз. Почему не дотягивал?

Потому что когда я в Динамо-2 перешел, то тренером был Онищенко. Он меня похоронил сразу.

Я тогда еще не мог перестроиться с детского футбола во взрослый. В Первой лиге между ног кидал ребятам, и раз так сделал в центре поля и обрезался. Пошла контратака, чудак вышел один на один, но вратарь выручил. Онищенко меня сразу заменил и с того момента даже не взял в заявку ни разу. Я сыграл два матча за полгода в Динамо-2, просто не попадал в 18. За дубль я играл. Впоследствии пришли Калитвинцев и Литовченко, я начал играть и прогрессировать и должен был ехать через три месяца на сборы с основной командой. Но попался тот агент, и все в Динамо у меня закончилось. 

- Ты не раз лично общался с Игорем Суркисом. Что он за человек?

- Это человек, который болеет всей душой одним клубом. У него в глазах буква «Д». Я думаю, что он всей душой бело-синий, как ни крути. Но с ним нельзя спорить и не соглашаться. Когда ты приходишь к нему и говоришь, что не хочешь продлевать контракт с Динамо, то для него это как плевок, что ты, грубо говоря, из семьи идешь. 

Я же говорю, тогда я был тупым, молодым и просто не понимал. Пытался объяснить, что родители бедные, а тут такое предложение. Дурачок разве не согласится. Мне предлагали подписать контракт с Динамо на три тысячи долларов на пять лет. А Калитвинцев мне лично говорил: «Подпиши сейчас, в сентябре, на три года на три тысячи, а с января я лично пойду к Михайловичу и тебе сделают зарплату пять тысяч». Я, к сожалению, его не послушал и уехал.

 

- Ты сверстник Зозули и Ярмоленко. Какие горбыли с ними связаны? 

- С Романом Зозулей мы прожили семь лет в одной комнате. Зозуля всегда был лидером, капитаном до мозга костей, заводил, поддерживал. Также любые побеги в клубы, все равно Зозуля все организовывал. Был горбыль с ним. Когда мы жили на академии, то решили в ночной клуб поехать. А стадион и база ограждены высоким забором, надо сделать какое-то усилие, чтобы его перелезть. Мы ночью бежали, я поворачиваю голову и вижу ‒ бежит собака-овчарка. Так Зозуля, как Бубка, такой скачок сделал за этот забор! За секунды полторы его перепрыгнул, мы на дерево залезли, а он прыгнул через забор, как Сергей Бубка!

А когда впервые увидел Ярмолу, то он был очень маленьким, его убрали из академии за рост, так как все были выше.

Впоследствии его забрали в Динамо-2, и туда он приехал уже таким высоким! Красавец парень, отлично прогрессировал.

«Жора Пеев стучит мне по спине и говорит: «Еще раз, и я тебе ногу нахер сломаю»

- На кого ты равнялся в детстве из футболистов?

- На Криштиану Роналду. Когда я был в академии, его купили в Манчестер Юнайтед. Это был мой любимый игрок. В Динамо нравился нападающий Клебер. Также отмечу Милоша Нинковича. Это нереально крутой футболист, очень техничный. Ему помешали полностью раскрыться травмы. 

- Была дедовщина в Динамо? 

- Помню ситуацию с Жорой Пеевым, я ведь еще позже с ним в Амкаре вместе оказался. Тогда дубль веселый был в Динамо: Миля, Алиев, Дмитрулин, Пеев, Ваща, Тарас Луценко. Можно было заявиться в УПЛ, и мы этим составом были бы в тройке сто процентов. Я тогда играл левого хава, а Жора правого. Пробросил ему между ног, его начали травить Миля и Алиев: «Тебя малый возит, издевается», все дела. Дальше я принимаю мяч, и Жора летит мне из двух ног, как говорится, немного в ножку, немного в мяч. В колено и в мяч. Я лежу, больно, он подходит типа извиниться. Стучит мне по спине и говорит: «Еще раз, и я тебе ногу нахер сломаю». А так, в принципе, дедовщины не было. Мы с ним уже в Перми об этом говорили, смеялись, то он сказал, что этого и не помнит. 

 «Слава Чечер приходит и приносит мне полную премию - 25 000 долларов за ничью с Днепром»

- После Динамо ты оказался в Металлурге. Но там тоже не заиграл, что случилось? 

- Я думаю, что очень рано мне дали хорошие деньги и я «поплыл». Я не бухал, даже пива не употреблял. Но вот это всё: машины, дискотеки, красивую жизнь, ночные клубы, я очень любил. 

В 18 лет мне дали подъемные на мерседес и 5000 долларов зарплату. Даже для Киева и Донецка это были огромные деньги в 2008 году, когда курс был 1 к 8. 

Сначала, когда я пришел в Металлург, тренировали Ященко и Яворский. Ну, я за дубль и забил в трех матчах 12 мячей сразу. Я думаю, что любые тренеры первой команды, когда увидели бы такого игрока, дали бы шанс проявить себя в первой команде. Хотя бы 15-20 минут в УПЛ. Они этого не сделали. 

Первый, кто меня выпустил, это был Костов, хотя у нас с ним были свои недоразумения. Впоследствии начал выпускать Пятенко. Но все равно я мало матчей сыграл. Помню, против Мариуполя, Зари, Таврии, Днепра и Ворсклы дома выходил, когда мы выигрывали. А дальше – нет. Вот такая ситуация.

Думаю, что играл бы там дальше, потому что повзрослел, но тогда предложили хорошие условия аренды в Говерле и я туда перешел. 

- Говорят, что тогда были огромные премии в Метадоне. Ты получал их? 

- Однажды, когда мы сыграли дома 2:2 с Днепром. Я вышел тогда на 15 минут и заработал пенальти, который, правда, Димитров его реализовал. Тогда Вардан Михайлович (спортивный директор Металлурга) мне дает тысячу долларов. Я иду такой, доволен, а Слава Чечер спрашивает: «Сколько получил?» Я показываю ему штуку баксов. Он мне: «Давай сюда». Я отдал, а сам думаю: «Ну все, забрали мои деньги старики…» И вот Слава приходит через 10 минут и приносит мне полную премию - 25 000 долларов за ничью с Днепром! 

Оказалось, мне, как молодому дали тысячу, а Чечер пошел, «продавил» и принес мне полную премию. В наше время просто нереальные деньги! В то время меньше, чем за 10-15 тысяч долларов премиальных, никто и не выходил играть.

 

- Вспомни аренду в Сталь. Как случилось, что ты оказался в Алчевске?

- Костов. Это все он. Честно, на тот момент аренда была для меня очень полезна. Тогда тренером был Смольянинов и он в меня верил, ставил на каждый матч. В первом же матче я сразу забил. Меня давали в аренду на год, а Металлург вернул через полгода, потому что я там выстрелил - это факт. Жаль, конечно, что до конца раскрыться в донецком клубе не удалось.

«Есть разница между 300 000 евро и 2.5 миллиона евро?»

- В юности ты был на просмотре в итальянской Роме. Расскажи об этом подробнее.

- Я тогда был в донецком Металлурге, тренером был Костов. У меня с ним отношения не сложились, и он меня отправил в дубль. Там я феерил. Была двусторонняя игра, хорошо прошла. Вижу: идет Сорокин (начальник команды) с делегацией, а это были европейские агенты. Затем через два дня была игра дублей Металлурга и Мариуполя. Мы их обыграли 5:0, я им три забил. Ко мне подходит человек с переводчиком и говорит, что хочет забрать меня в Италию. Я ответил: пожалуйста, с удовольствием. Мне тогда в том возрасте немало агентов предлагали разные варианты, но конкретики не было. Просто говорили, что хотят забрать. Здесь я тоже думал, что, как обычно, побазарили и все. 

Проходит неделя, и тот агент мне звонит на скайп и говорит, что завтра направляет официальное предложение клуба Рома. Я был в шоке, если честно! Меня вызывают в Металлург: «Через две недели едешь на просмотр в Рому. Трансферная цена за тебя будет минимальная, тысяч 300 евро максимум. Потому что для нас престижно, чтобы наш футболист был в топ-чемпионате». 

Я пробыл в Роме два месяца. Думал, еду в дубль, но нет, я тренировался с первой командой. Главным тренером был Лучано Спаллетти.

Он четыре дня меня вообще не допускал к основе. Я просто приходил и смотрел, как они тренируются. Потом он меня брал на индивидуальную работу. И только потом пустил в группу. Я был в шоке от того, как они профессионально это делают. Знаете, почему у них ноги такие большие? Они за два часа до тренировки приезжают и работают в тренажерном зале на ногах. Их не надо заставлять, им не нужно, чтобы стоял над душой тренер по физподготовке, они сами это делают.

Мне очень понравился, понятное дело, Тотти, также отмечу защитника Мексеса. Насколько он был спокоен, уверен в себе. И еще Писарро, опорник, седьмой номер, такой маленький. Он видел поле и отдавал качественные передачи. Думаю, что он был недооценен, потому что у него было нереально крутое видение поля. 

Почему в итоге не срослось в Роме? Ну есть разница между 300 000 евро и 2.5 миллиона евро? Я думаю, что есть. Все оказалось немного иначе, чем мне изначально говорили.

«Ворскла – мой лучший этап в карьере»

- И вот тебя арендовала ужгородская Говерла. Ты поехал в противоположную часть Украины. Долго длилась акклиматизация?

- Вообще не было акклиматизации. Я сразу там сдружился с Колей Гибалюком. Он меня познакомил с хорошими людьми.

Лучших и добрее людей, чем в то время в Ужгороде, я не знаю и не видел. У нас компания была разная: волейболист, футболист, бизнесмен, перевозчик.

Мы не выбирали с кем дружить, там была одна большая семья. Меня туда приняли, спасибо Коле и его жене Богдане. Они сделали мое пребывание в Ужгороде незабываемым. Я даже там хотел себе дом купить, но потом что-то не срослось. Я и Жека Макаренко не хотели ехать из Ужгорода ни в Киев, никуда. Это нереально крутой город и люди все хорошие, нет негатива, ненависти. 

- Что удивило в Закарпатье больше всего? 

- Отзывчивость, открытость. Там лежит кошелек и машина не закрыта, никто не полезет. Там узкие улочки, реально уже маленькая Европа. Словацкая граница на окраине города. Мне очень понравились и удивили их фестивали, бограч. Нереально вкусная кухня на Закарпатье. 

- Ты застал время, когда Говерла, в частности Севидов, подозревались в договорных матчах. Что скажешь об этом? 

- Клянусь вам, что никогда в жизни не слышал об этом за Севидова, что он что-то делает в Говерле. Я знаю, что один из руководителей занимался в то время в Говерле, это он сам говорил. А за Севидова впервые в жизни слышу. 

- Как тебе Александр Шуфрич, каким вице-президентом клуба он был? 

- Без комментариев.

- Уже после Говерлы ты перешел в Ворсклу, где довольно неплохо играл. Можно сказать, что это твой лучший период в карьере? 

- Однозначно. Ворскла – мой лучший этап в карьере.

- Благодаря чему демонстрировал такую хорошую игру в Полтаве? 

- Думаю, что по стилю игры Ворскла тогда напоминала Динамо. Быстрые фланговые атаки, забегания и так далее. Эта команда была мне близка по видению футбола. Не было «бей беги». Плюс тогда был очень грамотный тренерский штаб. Лазаренко очень крутой, как тренер и тактик. Сачко только завершил, он еще был одним из нас, как главный тренер. Поэтому вот эти все компоненты дали такой результат.

«Футбол не прощает плохого отношения к себе»

- В какой клуб из тех, где ты играл, хотел бы вернуться в роли игрока? 

- В Динамо. Это клуб, который у меня в сердце.

У меня с женой идет война, когда она говорит, что отдаст сына в Шахтер на тренировку.

Я говорю: только через мой труп! Он будет только в Динамо. 

- Своего сына будешь отдавать на футбол?

- Да, конечно. Ему уже исполнилось четыре года. Он правша, ударчик неплохой уже.

- Если подводить итоги твоей карьеры, можно сказать, что ты не раскрыл свой потенциал полностью? 

- Я думаю, что раскрыл его только на 30 процентов. Были большие деньги, ненужные машины, отдыхи, друзья, ночные клубы. Этого всего не надо было. Были ранние большие деньги, зарплаты и премии. Покупал курточки кожаные по 5000 евро. 

- Если бы ты вернулся в прошлое, то что бы изменил? 

- Свое отношение к футболу. Я бы не делал того, как говорят много футболистов, «я люблю футбол за то, что после него».

Не сидел бы по барам, а восстанавливался, готовился. Был бы максимальным профессионалом. Пусть молодые задумаются, что время очень быстро пролетает.

Есть выходные и отпуска, когда можно отдохнуть, но не надо этого делать, когда тренировочный процесс. Я начал «сыпаться», получал травмы из-за неправильного режима, недосыпа, напитков. Вот и все.   

- Что можешь пожелать молодому поколению? 

- Молодому поколению могу пожелать только одно - цените свое каждое мгновение в футболе. Выходите на тренировку и игру, будто они у вас последние. Футбол не прощает плохого отношения к себе. 

- С кем из футбольных друзей сейчас можешь встретиться, посидеть за разговором? А кому бы руки не подал?

- Футболистов, которым бы не пожал руки, нет. Хорошо общаюсь со Скляром, Чеснаковым, Ребенком. Когда видимся, то можем посидеть и пообщаться. Еще порой с Виталием Виценцом. Но я больше общаюсь с игроками из России, не знаю, почему так получилось.  

- Самый крутой и самый дубовый тренер, с которым приходилось работать? 

- Я думаю, что самый дубовый это был Онищенко в Динамо-2, сто процентов. А самый крутой - Спаллетти, без вариантов. 

«После Полесья мог перейти в Узбекистан или Химки»

- Вот сейчас ты – детский тренер. В чем трудность работать с детьми?

- Довольно трудно с ними заниматься, если они не понимают и думают, что приходят в какой-то сад или кружок. Когда они понимают, что идут на тренировку заниматься футболом, то это другое дело. 

Бывает, что звонят родители и спрашивают: «У вас там в кружок набирают?». Тогда такие дети приходят, не понимают где они. Стараемся или не брать таких детей, или их как-то перестраивать. 

- Может, где-то играешь на любителях чисто для себя?

- Нет-нет, я вот сейчас привел себя в порядок. Потому что когда закончил, то набрал вес, был легкий центнер. Хочу уже после Нового года что-то попробовать, если не получится, то можно будет подумать про любителей. Когда завершал карьеру, весил 84 кг. В Амкаре был вес 80, а в Полесье 84. К началу лета мой вес составлял 115 кг. Поэтому решил взяться за себя. Вес сбросил, сейчас вешу где-то 90. До конца года хочу выйти на 82-83 килограммов.

- Есть ли шанс, что мы тебя еще когда-нибудь увидим в профессиональном клубе в качестве игрока? 

- Мне не 37 или 38, а только вот пару дней назад 32 исполнилось. Поэтому все может быть. Это не только от меня зависит, но и от тренера ‒ захочет ли он взять футболиста, который четыре года не играл. Сейчас предложений нет. Последний вариант ‒ из Узбекистана два года назад. Я тогда не захотел ехать от семьи и не рассматривал этот вариант. Маленькому сыну было полтора года. Перевозить его в таком возрасте было бы неразумно, а быть без ребенка я не хотел.

- Почему ты решил уйти из Полесья? 

- Потому что был вариант тогда поехать в Химки в Россию, но один агент меня прокинул, поэтому ничего не удалось. Он просто побалаболил ‒ и все. 

- Сейчас следишь за житомирянами? Как думаешь, им удастся выйти в УПЛ? 

- Да. Там сейчас хороший коллектив. Когда я там был, играли во Второй лиге и с игроков, которые побывали на хорошем уровне, разве что защитники Игорь Чередниченко и Пашка Иванов, перешедший из ФК Полтава туда. А так в принципе никого не знал, если честно. 

Сейчас там и тренерский штаб хороший (с Калитвинцевым и Литовченко я работал в дубле Динамо), и футболисты качественные, о которых было слышно в Украине. Смотрю по результатам ‒ очень неплохо, я так понимаю, что команда должна повыситься в классе. Думаю, что с такими тренерами им точно удастся выйти в УПЛ. 

- Что больше всего запомнилось за время, проведенное в Полесье? 

- Хороший коллектив. Там был баланс молодежи и опыта. Когда команду принял Анатолий Петрович Бессмертный, он нас очень сильно объединил и мы были одной семьей. Много где я был, но не во всех командах были такие коллективы, которые можно назвать семьей, а в Полесье была семья.

Игорь Градский, специально для Fanday.net

Комментировать могут только зарегистрированные пользователи.