«Мой дебют в Днепре пришелся на «договорняк» с Шахтером»: откровенное интервью Владимира Геращенко

Александр Петров
Александр Петров
Просмотров 86442
3 голоса
«Мой дебют в Днепре пришелся на «договорняк» с Шахтером»: откровенное интервью Владимира Геращенко
Владимир Геращенко, фото: из личного архива В.Г.
4
0
Комментариев 0
VBet бонус до 15000 грн

Бывший капитан Днепра и тренер Днепра-1 выдал огненное интервью FanDay.net.

Владимир Геращенко ‒ воспитанник знаменитой футбольной школы Днепр-75. Он появился в Днепре в конце 1983 года и играл до 1990-го. За столетнюю историю это был самый лучший, звездный период у клуба. Тогда победы Днепра ковались, что называется, одна за другой. Днепр собрал все призы, которые разыгрывались тогда в советском футболе: золотые медали чемпиона 1988 года, Кубок сезона – 1988, Кубок СССР – 1989, Кубок Федерации футбола – 1989, а еще были серебряные, бронзовые медали чемпионата и золотые медали в турнире дублирующих команд. Все это выставили тогда в клубном музее болельщикам. 

Весь этот период, как игрок, застал Владимир Геращенко. В начале 90-х он покинул Днепр на десять лет. Вернулся в 2000-ми уже на следующий сезон в роли капитана Днепра завоевал с командой бронзовые медали чемпионата Украины. По окончании игровой карьеры Владимир Геращенко перешел на тренерскую работу. Он плодотворно работал тренером с ребятами из академии Днепра. Входил в тренерский штаб команд ФК Днепр, СК Днепр-1, ФК Никополь.

Вот цитата из энциклопедии футбола за сто лет о Геращенко, как игроке: «Атлетически сложенный, умело действует позиционно, надежно страхует партнеров по обороне. Хорошо играет головой, опасен при розыгрышах стандартных положений. Обладает лидерскими качествами». 

Бывший капитан и тренер Днепра дал развернутое и очень откровенное интервью сайту FanDay.net.

Из СК Днепр-1 нас уволили, даже руку не пожали

– Владимир Васильевич, как жизнь? Чем вы занимаетесь в настоящее время?

– Сейчас я нахожусь в творческом отпуске, так как в структуре СК Днепр-1 больше не работаю. 

– Вас уволили?

– Да. Меня и весь тренерский штаб, куда входили Владимир Багмут, Николай Медин, Александр Червоный, плюс два массажиста Геннадий Безродный и Илья Савин. Оказалось, что те люди, которые верой и правдой служили днепропетровскому клубному футболу много лет, больше не нужны. По-видимому, в СК Днепр-1 требуются другие специалисты, тренеры нового поколения. Сейчас в клубе внедряют новую программу воспитания молодых футболистов, которую тестируют на команде U-19. 

– Ваше увольнение связано с тем, что в СК Днепр-1 пришли Красников и Кучер?

– Нет. Наше увольнение никак не связано с этими людьми.

Александр Кучер и Евгений Красников, фото: ФК Днепр-1

– Это решение клуба и конкретно исполнительного директора СК Днепр-1 Андрея Русола?

– Да. Так решили в клубе. Люди с большим опытом работы, вдруг стали не нужны. Владимир Багмут отработал в Днепре почти сорок лет как игрок и тренер, Медин больше - 25, Червоный - 15, да и массажисты Безродный и Савин долгий период трудились в коллективе. Всем даже руку не пожали, не сказали спасибо за проделанную работу. Просто через посредника передали, что «вы нам больше не нужны». 

– Конкретно о вас в Днепре отзывались как об очень хорошем специалисте. Что входило в круг ваших обязанностей?

– В основном, занимался аналитикой. Составлением тренировочного процесса, расписывал программу занятий. Проводил анализ игры предстоящих соперников и подготовкой к матчам. Естественно, занимался разбором игры своей команды. 

– Вы ведь этот год начинали в команде ВПК-Агро и если бы не война, то, наверное, сейчас работали бы в этом клубе?

– Думаю, так бы и было. Война многих людей лишила работы. Такая сейчас ситуация. 

– Как живет ваша семья?

– Нормально. У меня прекрасные дети. Они айтишники, неплохо зарабатывают. Так, что, если в материальном плане у меня возникнут проблемы, надеюсь, они мне помогут (смеется ‒ прим. А.П.).

– У вас ведь большая семья…

– Да. Трое детей, которые подарили нам с женой внука и внучку. 

– Один из ваших сыновей, по-моему, занимался футболом?

– Младший Иван был в академии Днепра. Но дальше дела в футболе у него не пошли, были свои проблемы, которые надо было решать. Поэтому с футболом он завязал, уткнулся в компьютер и в итоге стал работать в сфере информационных технологий. Дочь Ирина была учителем английского языка, сейчас тоже переходит на работу в ай-ти. Честно говоря, я тоже подумываю последовать примеру детей, и стать айтишником. Сейчас в футболе много грязи и гнилых людей, так что лучше смотреть в монитор, ничего не видеть и не слышать. 

Когда увидел, как работает тренерский штаб Йовичевича, голова пошла кругом

– Вам удается следить за тем, что сейчас происходит в футболе?

– Сейчас у меня много свободного времени, поэтому успеваю следить за теми событиями, которые происходит, как в украинском, так и в европейском футболе.

– Какой футбол по телевизору смотрите?

– Естественно, наш чемпионат. А еще ‒ английский, немецкий и итальянский. Из игр английской Премьер-лиги смотрю, в основном, матчи с участием команд ведущей шестерки. В Германии ‒ Бавария, в Италии ‒ Наполи. А также слежу за некоторыми игроками. Например, в Англии мне очень импонирует игра Холанда. Очень интересно, как он будет дальше развиваться.

– Что скажете о Зинченко и Миколенко, которые играют в АПЛ?

– Ничего плохого. Ребята успешно вписались в свои коллективы. Мне больше нравится, как играет Зинченко. Считаю, перейдя в Арсенал, он внес изюминку в игру лондонской команды. 

Руслан Малиновский и Александр Зинченко, фото: УАФ

– Коснемся нашего футбола. Как вы восприняли уход из СК Днепр-1 Йовичевича и приход Кучера?

– Я внимательно следил за Йовичевичем и мне его работа очень импонировала. У него сильный тренерский штаб. Меня всегда удивляло их трудолюбие, то, как тщательно, до мелочей они все разбирают. Пару раз заходил в их рабочую комнату, там все расписано досконально. Честно говоря, у меня голова просто шла кругом. 

Думаю, у Йовичевича в Шахтере все получится. Он сделает добротный Шахтер, основу которого составят футболисты с украинскими паспортами. Не могу сказать, что много потерял СК Днепр-1 с приходом Кучера и его тренерского штаба. Честно говоря, думал, что они будут испытывать дефицит времени, чтобы должным образом подготовить команду к чемпионату. Но видите, 12 туров позади, а команда идет на первом месте. И это о многом говорит. 

– В чемпионате СК Днепр-1 действительно выглядит хорошо. А что скажете об игре команды на европейской арене?

– Первые игры команда провела не очень хорошо, но это я связываю с отсутствием опыта игр подобного калибра. А так СК Днепр-1 и Шахтер сейчас – это те немногие наши команды, которые демонстрируют интересный футбол. Лично мне на их игру приятно смотреть. Понятно, что и Днепру-1, и Шахтеру предстоит проделать огромный объем работы. Но я желаю им пройти как можно дальше в турнирах еврокубков. Чтобы они доставили всем нам радость в такое непростое для нашей страны время. 

– А что, на ваш взгляд, случилось с Динамо?

– Не знаю. Для того, чтобы что-то сказать по этому поводу, нужно находиться в команде. Могу лишь предположить, что там какие-то неурядицы внутри коллектива. 

– А что скажете о сборной Украины? Как оцените работу, проделанную Петраковым?

 – Мне нравится то, как работает со сборной Александр Петраков. Всегда приятно было смотреть игру, которую демонстрировала наша национальная команда. Может, в каких-то матчах и были провалы, но в целом футбол в исполнении сборной был качественным. Думаю, этому тренерскому штабу нужно еще дать время поработать, чтобы они набрались больше опыта и тогда придет результат. Но это лично мое мнение. 

Дебют в Днепре пришелся на «договорняк» с Шахтером

– Вы родились в конце 60-х в городе, где футболу всегда уделяли особое внимание. С чего начинался футбольный путь Владимира Геращенко?

– Мы жили недалеко от стадиона «Метеор» и первый раз на футбол меня привел отец. Но тогда я еще этой игры не понимал. Не помню, какой это был матч, но потом, как и многие мальчишки, я стал гонять во дворе мяч, пока нас не заметил Геннадий Михайлович Козьменков. Вообще он работал водителем скорой помощи, ну а в свободное от работы время тренировал детскую команду. Возле стадиона было несколько футбольных площадок, покрытых тырсой, еще хоккейная коробка. Вот туда мы и ходили заниматься футболом. Было мне тогда лет шесть. 

Потом создали команду Комета. Играли на всесоюзном турнире «Кожаный мяч». Дошли до четвертьфинала и многих из нас забрали в СДЮШОР - Днепр-75. Я вместе с Андреем Сидельниковым попал в группу Виталия Спиридоновича Мусиенко. Мы часто бывали на домашних матчах Днепра – подавали мячи мастерам футбола. Мне тогда запомнился наш капитан Роман Шнейдерман. Помню, работа у моей мамы была во дворе, где он жил. У Шнейдермана была машина Жигули. Все тогда показывали на нее пальцем и говорили: «Смотрите, вот стоит машина футболиста Днепра». 

Из Днепра-75 в конце 1983 года я попал в дубль. Мне повезло, что я застал в команде таких людей как Владимир Емец и Геннадий Жиздик. 

– Днепр тогда выигрывал всё, а как вы, молодой, себя чувствовали в такой команде?

– Меня официально оформили в Днепр в 1984-м, а годом ранее команда впервые стала чемпионом СССР. Честно скажу, тот Днепр, в который я попал, был эталоном: начиная от функционеров, тренеров, футболистов и заканчивая работниками на загородной базе. Тут можно и «Деда» вспомнить (Александр Максимович Макаров с 1961 по 1986 год возглавлял Южмаш – предприятие по производству ракетно-космической техники, ‒ прим. А.П.). 

У меня отец работал на Южмаше в профкоме, так он рассказывал, что по понедельникам обычно на заводе проходили планерки. Собирались начальники разных цехов. Так вот, эти планерки начинались с обсуждения игры Днепра, как команда сыграла, а уже потом обсуждали заводские вопросы. 

– Что за человек был Макаров? 

– Человек он был не публичный. Лично я с ним не знаком, но он пару раз был у нас на загородной базе. А вот на стадион я не помню, чтобы он приходил. Возможно, не любил он всей этой суеты. Но я точно знаю, футбол Макаров любил. Со стороны завода мы все в Днепре чувствовали колоссальную поддержку. 

– В те годы каждый футболист Днепра числился работником завода. Что записано у вас в трудовой книжке? 

– Инструктор по спорту Южного машиностроительного завода.

– Какая у вас была зарплата?

– Как для игрока дубля, все начиналось с 60 рублей. Потом, когда был игроком под основным составом – 120. 220 рублей я стал получать, когда играл уже в основе Днепра. Ну, это если я правильно вспомнил все эти цифры. Как-никак много времени прошло. 

Владимир Геращенко, фото: из личного архива В.Г.

– По прошествии времени, вы довольны тем как сложилась ваша карьера?

– Скорее да, чем нет. Может быть, и хотелось мне что-то изменить. Наверное, не стоило из Днепра в Россию уезжать. Хотя я и там продолжал развиваться как футболист. А в Украине неизвестно, как бы у меня пошли дела. Ведь тогда, в начале девяностых, уровень футбола в нашей стране упал. Сейчас можно только гадать, а время ведь ушло, и уже ничего не изменишь. 

– Вы просматриваете матчи со своим участием?

– Нет. Никогда не любил это делать. Лишь фрагменты игр с Бордо смотрел. Я ведь против этой команды играл как в футболке Днепра, так и в футболке Ротора. И в двух случаях привозил пенальти. В 1988-м, когда играли с французской командой, это был вообще мой дебют в еврокубках. Для меня та игра была настоящим кошмаром. Наверное, сказалось волнение. Счет был 1:1 и я, в конце игры, придержал за руку форварда Аллена, которого опекал. По большому счету, прихват игрока с моей стороны был, но момент так себе, на усмотрение арбитра. Днепр тогда проиграл - 1:2, и выбыл из борьбы за Кубок УЕФА (пенальти реализовал на 73-й минуте бельгиец Винченцо Шифо, - прим. А.П.). В 1995-м снова игра во Франции против Бордо, но уже в футболке Ротора. И снова, моя ошибка, которая привела к назначению пенальти в конце матча. И те же 1:2. (на 90-й минуте Геращенко схватил за футболку француза Жан-Люка Догона - прим. А.П.). 

– Давайте поговорим о вашем первом матче за Днепр. По-моему, для вас он был провальным?

– Так и есть. 1985 год, мне было – 17. Я вышел в основе на поле «Метеора» в матче против Шахтера. Мы тогда еще с Андреем Сидельниковым только вернулись со Спартакиады народов СССР, которую выиграли в составе команды юношей. Нас прямо с поезда сняли, отвезли на базу, и уже через день ‒ матч Высшей лиги. Игра получилась запоминающаяся. Мы победили с хоккейным счетом - 5:4. Три мяча в ворота Шахтера Олег Протасов забил. А нам Виктор Грачев хет-трик положил. Так получилось, что все три мяча форвард Шахтера из-под меня забил. Поэтому в ту ночь я так и не смог заснуть. 

– Ваш партнер по Днепру Сергей Башкиров в одном из интервью сказал, что те три мяча Грачев забил из-под него. Кому верить?

– Значит, в тех моментах, когда нам забивал Грачев, ошибались мы оба (смеется, ‒ прим. А.П.). Он как фланговый защитник, я как центральный. 

– А вы знали, что тот матч с Шахтером был договорным?

– Не стану скрывать, матч действительно был договорным. Но я тогда об этом не знал. Потом рассказали. А тогда мне просто хотелось быстрее забыть ту игру и те мячи, что мы пропустили. 

Жиздик предложил сделать ход конем

– Какой была атмосфера в Днепре, когда вы пришли? Кто формировал микроклимат в команде? 

– Да многие люди. Микроклимат в Днепре был особенный, коллектив дружный. Если кого-то выделять, то в первую очередь Николаевича (Вадим Тищенко, – прим. А.П.) и Антона Шоха. Нас с Андреем Сидельниковым не обижали, мы были в кругу стариков. Позволяли только то, что можно было позволить. Думаю, вы догадываетесь, о чем я говорю. Но это вне поля. На тренировке спрос с молодых был жестким. Поблажек не было. Работали мы в два раза больше, чем старики. «Эй ты, молодой, а ну давай, стелись» - все это постоянно звучало у тебя за спиной. 

– Это правда, что в Днепре вас опекал Иван Вишневский?

– Вишневский сыграл большую роль в моем становлении, как игрока. Он и Сергей Пучков много подсказывали, когда я был на поле рядом с кем-то из них. Без их советов, возможно, я бы не достиг того уровня, который у меня был.

Ну а Вишневкий был для меня образцом. Мечтал играть так, как играет он, из-за этого, наверное, и стал последним защитником.

– А кто вам из футболистов был ближе других?

– Дружил с Андреем Сидельниковым. Мы с ним, начиная с Днепра-75, бок обок играли, потом нас в Днепр забрали. Да и в юношескую сборную мы ездили вместе. 

– У каждого игрока Днепра есть история про предбанник, где команда часто собиралась после матча. Что расскажете вы?

– Да, расслаблялись мы там, под пиво с рыбой. Говорили по душам, глядя друг другу в глаза: кто как сыграл, ошибки разбирали, еще какие-то детали. Именно тогда я научился ездить на машине. Кого обычно посылали в магазин? Молодым давали ключи ‒ и вперед. Поездить мне довелось тогда на машинах Тарана, Башкирова, Пучкова, Краковского... 

– И какие марки машин были тогда у чемпионов СССР?

– Преимущественно Жигули. У Краковского - шестерка поначалу была, потом семерка. У Тарана - семерка. У Литовченко и Протасова – шестерки. У Шахова, если не ошибаюсь, девятка. Вообще девятки и семерки были самыми ходовыми машинами в середине 80-х. 

– Свою первую машину, полученную в Днепре, помните?

– Да. Это была шестерка. Полагалась она Вадиму Тищенко, но он отказался ‒ по-видимому, хотел лучшую модель, семерку или девятку. Вот так она и досталась мне. У нас как с машинами тогда было? Приходила разнарядка на команду: пять шестерок, три девятки. Естественно, все это и распределялось между игроками. 

– Расскажите, как вам удалось избежать службы в армии?

– Я рано женился, и когда подошло время службы, у нас уже родился первый ребенок. Проходить службу я должен был в киевском Динамо, но идти к Лобановскому не очень хотелось. Тот футбол, который проповедовало Динамо, мне не нравился. 

Валерий Лобановский, фото: ФК Динамо

К тому же там был сумасшедший отбор, некоторые из тех, кто оставался в структуре Динамо, там и растворялись. «Умирали» как футболисты. Вот тогда Жиздик и предложил нам с супругой сделать ход конем – второго ребенка, что давало основание не идти служить в армию. Отправили нас тогда с женой в Сочи, в правительственный санаторий с заданием - делать второго ребенка. Ход был удачным. Вскоре в нашей семье родилась дочка, и я остался играть в Днепре. 

Лучшими картежниками в Днепре были Шох и Лысенко

– В Союзе перед игрой команду закрывали на базе на несколько суток. Не было интернета, компьютеров, как вы, после тренировок, проводили время?

– Обычно играли в теннисбол (игра футбольным мячом через теннисную сетку, – прим. А.П.). 

– А в самую популярную среди футболистов игру в карты ‒ «джокер» ‒ играли?

– Естественно. 

– И кто в Днепре был лучшим картежником?

– Антон Шох, Александр Лысенко, Коля Кудрицкий - неплохо играл. Но это все – «Высшая лига». Я в другой лиге играл (смеется, – прим. А.П.). В «Высшую лигу» нас не пускали, потому что там играли профи. Мы туда только приходили посмотреть. 

– Кто, кроме вас, входил во вторую картежную лигу Днепра?

– Сергей Краковский, Сергей Пучков, Андрей Сидельников, Владимир Багмут и еще некоторые ребята из дубля. 

– И, конечно, вы играли не на интерес. Ставки были высокие?

– Где играли профи, ставки были повыше, чем там, где играл я. За партию можно было выиграть рублей 50-60. Но мы ведь много партий играли, все суммировалось. А расчет был у нас в конце сезона. 

– Вы чаще выигрывали, или наоборот теряли в деньгах?

– Поначалу проигрывал больше. Уже в волгоградском Роторе мы играли под запись, тетрадь у нас в команде велась. Был у нас такой вратарь – Андрей Мананников, который проиграл в карты серьезную сумму. Набежало порядка 2-3 тысяч долларов, но он продолжал играть. После очередной проигранной партии он психанул, взял и выбросил тетрадь с карточными долгами в открытое окно. А жили мы тогда на 16-м этаже. Как говорится, нет тетради, нет долгов. Все списалось. 

– Стиль Днепра был по-своему уникален. Все ли в него вписывались?

– Мне врезался в память смешной случай, который произошел на одной из тренировок. Было дело в 1986-м, когда в Днепр из московского Спартака пришел Юрий Гаврилов. Уникальный человек, душа компании. Помню, когда Гаврилов только пришел к нам, лично я думал: человек приехал из Москвы, наверное, заносчивый. А оказалось – простота простейшая. 

И вот у нас была двухсторонка на базе. Спартак в Союзе играл в короткий и средний пас, такая «тики-така». У нас в Днепре упор был на силовой футбол, с подачами. Вот мы играли, мяч летал с одного фланга на другой. Тогда Гаврилов не выдержал и говорит: «Ребята, давайте, наконец, мяч вниз опустим». А Протасов ему в ответ: «Да как мы его опустим, когда мы двадцать лет играем только верхом». 

– Днепр ездил по всему СССР и часто получал «загранки». Как жилось «на чемоданах» от гостиницы к гостинице?

– Очень смешной эпизод был. Перед поездкой в Марокко команда прилетела в столицу и поселилась в гостинице Москва. Заканчивался сезон. Приближался отпуск. У кого-то из ребят день рождения еще был. Мы отметили хорошо. Сидим в номере, общаемся и вдруг ребята, по-моему, Шквырин и Сорокалет, заносят в комнату статуэтку, такой себе спортивный силуэт - петух на лыжах. Тот петух такой тяжеленный был, не знаю, как они его донесли. 

Гостиницу «Москва» тогда курировал КГБ. Начался переполох. Все кинулись искать пропажу. В общем, нашли статуэтку в нашей комнате. Был разбор полетов. Потом, после того инцидента, нас больше в эту гостиницу не пускали. Когда команда прилетела в Марокко, Кучеревский собрал всех и говорит: «Ребята, как вы могли? Зачем вы ее украли?». Тут Сорокалет и выдал фразу: «Мефодьич, если по правде, этого петуха нам в номер грузины принесли». Смеялись все. 

После награждения Краковский отдал мне свою медаль

– В 1987-м Днепр первым в Союзе стал хозрасчетным клубом. Это правда, что игроки стали подписывать с клубом первые контракты? 

– Честно говоря, я уже не помню. Скорее всего, подписывали тогда какие-то бумаги. Но это не официально. Официально мы так и оставались рабочими ЮМЗ. 

– Знаете, что Геннадий Жиздик тогда в прессе сказал: «По новой системе заработок у ведущих футболистов составит 500-600 рублей в месяц». Вы получали такие деньги?

– В общем-то да. Тогда в Днепре ведь как было: рассчитывались с нами не за каждую конкретную игру, а в конце месяца. Было две ведомости: в одной зарплата, в другой ‒ премиальные. У каждого игрока была своя сумма, поскольку учитывалось, кто и сколько сыграл, был он в основе или в запасе сидел. А еще то, насколько удачно и полезно для команды тот или иной футболист сыграл. 

– В восьмидесятых Днепр завоевал немало наград в чемпионате Союза. Но вы так и не получили ни одной из медалей…

– Тогда на медаль нужно было наиграть определенное количество игр (не менее 50%, - прим. А.П.). В одном из сезонов мне не хватило пару игр (в 1989-м - серебряном для Днепра - году Геращенко сыграл за основной состав Днепра 13 игр, - прим. А.П.). И тогда свою медаль сразу после награждения мне подарил Краковский.

Владимир Геращенко, фото: из личного архива В.Г.

– И все же вы с Днепром выигрывали и Кубок сезона, и Кубок федерации футбола…

– Да, в 1989-м я играл против Металлиста и минского Динамо. Конечно, эти титулы рангом ниже чемпионства, Кубка СССР, но, тем не менее, было очень приятно (в 1989-м был период в несколько месяцев, когда в музее Днепра были выставлены все четыре кубка разыгрываемые в каждом из сезонов в СССР, - прим. А.П.). 

– В 1988-м, завоевав золотые медали за тур до окончания чемпионата, основной состав Днепра улетел на турнир в Марокко. Тем, кто остался, пришлось противостоять грозному минскому Динамо. Помните тот необычный матч?

– Конечно, помню. Из-за погодных условий минчане не смогли вовремя прилететь. Начало матча все время откладывалось (должны были играть в 18.00, начали в 20.15, - прим. А.П.). В принципе, та игра не имела никакого турнирного значения. Но мы обыграли минчан - 4:3. 

 – В том единственном матче в основе Днепра вышел никому тогда не известный Константин Еременко – будущий «Пеле мини-футбола». Что-то выдавало в нем «миньщика»?

– Мы играли с Костей Еременко в дубле. Когда на базе играли в дыр-дыр, он возил всех нас будь здоров. На небольшом участке поля мог разобраться сразу с несколькими игроками. Уже тогда ребята постарше говорили ему: «Костя, ты чемпион мира по мини-футболу». В большом футболе у него что-то не сложилось. Он вовремя это понял и перешел в мини-футбол, где добился выдающихся результатов (Константин Еременко, трехкратный обладатель Кубка европейских чемпионов, чемпион Европы и обладатель Межконтинентального кубка, умер в марте 2010, играя в футбол от сердечной недостаточности, - прим. А.П.). 

– Игроки разного поколения Днепра рассказывали, как в них бросали монеты, бутылки и зажигалки. В вас что-то бросали болельщики команд соперников?

– Был случай: мы играли в Тбилиси на Кубок (май 1989-го, полуфинал Кубка СССР Днепр выиграл 2:1, - прим. А.П.). Обстановка тогда у них была напряженная, в городе прошли волнения (9 апреля 1989 года «Ночь саперных лопаток» - одна из самых трагичных дат в истории современной Грузии, в результате подавления демонстрации погибли 20 человек, - прим. А.П.). Динамо проиграло, и болельщики начали в нас палки бросать. Бежали мы с поля тогда так, как никогда не бегали. Рядом с Кучеревским прут металлический пролетел, как он тогда в него не попал!? Мы забежали в раздевалку и просидели там часа два. Паника у нас была. Потом пришли футболисты Динамо – Кеташвили, Чедия…. Они с нами сели в автобус, мы сумки поставили к окнам, а сами сидели на полу. Так и доехали в аэропорт.

Молитвы Папы Римского нам не помогли

– В конце восьмидесятых Днепр много колесил по свету: Италия, Испания, Уругвай, США. Что видели, что впечатлило?

– Запомнилась поездка в Италию (была организована фирмой «Якобуччи», которая на тот момент являлась спонсором Днепра, - прим. А.П.). Тогда наша спортивная группа, одна из первых из бывшего Союза, посетила Ватикан. Нас принял лично Папа Иоан-Павел II. Мы с ним сфотографировались (фото, где Папа Римский стоит в окружении игроков Днепра, разместили многие итальянские газеты, - прим. А.П.). 

Тогда мы еще шутили: мол, Папа нас благословил, и мы сейчас как попрем (в ватиканском Дворце конгрессов Папа Римский – поляк Кароль Войтыла, обращаясь к футбольной команде Днепр, на русском языке сказал, что он желает, чтобы команде всегда улыбалась фортуна, - прим. А.П.). Но Папины молитвы нам не помогли, наоборот, мы неудачно стали играть. 

Еще в той поездке перед матчем Италия – Алжир мы встречались с Паоло Росси, он к нам подошел с переводчицей. Побеседовали и сделали на память коллективное фото с чемпионом мира и обладателем «Золотого мяча». 

– Вы помните игру на «Сантьяго Бернабеу против мадридского Реала»?

– В 1990-м мы ездили в Испанию на сборы по личному приглашению президента мадридского Реала Рамона Мендосы. В Мадриде в товарищеском матче выиграли у Реала – 2:1, я вышел в стартовом составе и провел на поле 90 минут. Правда, тогда, за Реал играли преимущественно резервисты (отсутствовали Бутрагеньо, Шустер, Санчес, Гордильо, - прим. А.П.). Накануне сливочные провели игру чемпионата против Атлетико, мы ее смотрели на стадионе. 

Владимир Геращенко, фото: из личного архива В.Г.

– Расскажите про турне по городам США.

– Мы впервые попали в Америку. Филадельфия, Нью-Йорк, Бостон, по-моему, такой был у нас маршрут. Много времени провели в микроавтобусах - переезды по 10-12 часов. Впервые ходили на бейсбол. Честно говоря, мы не поняли эту игру. Команды готовятся минут десять, чтобы бросить мяч, посуетятся на поле несколько минут, потом снова десять минут готовятся вводить мяч. Посидели мы некоторое время, посмотрели и решили, что лучше пойти в гостиницу в карты поиграть (в Филадельфии Днепр проиграл национальной сборной США - 0:1, встреча транслировалась по центральному американскому каналу, - прим. А.П.).

– А что вы обычно везли в Союз из этих поездок?

– Аппаратуру: телевизоры, видеомагнитофоны. Видушка Sony, которую я привез из Америки, до сих пор пылится у меня в квартире. Даже не знаю, в каком она состоянии, работает или нет, ‒ давно не включал. Не раз собирались выбросить ее, но потом оставили - на память.

– В 1990-м Днепр дошел до четвертьфинала Кубка европейских чемпионов.

– Да, но дорогу в полуфинал мы уступили Бенфике. В домашней игре на «Метеоре» вчистую проиграли португальской команде – 0:3. Думали, что, минимально уступив в Лиссабоне, в ответной игре возьмем реванш. Но так звезды сошлись, ничего не поделаешь. Да и команда у португальцев была очень хорошая (Бенфика дошла до финала, где с минимальным счетом уступила Милану, в котором блистали Гуллит, ванн Бастен, Райкард, - прим. А.П.).

Перед выходом на «Олд Траффорд» Прокопенко рассказал, что главное в танке

– Расставание с Днепром в 1990 году у вас было нервным. Что тогда произошло?

– Небольшой конфликт у меня вышел с Кучеревским. Считал, что в Днепре у меня было мало игровой практики. Конфликт также был и среди тренеров Днепра, и внутри команды. Не буду скрывать, в Волгограде мне предложили очень хорошие условия. У меня было двое детей и их нужно было содержать. 

– И на какие деньги вы переходили в Ротор?

– Финансовая сторона была достаточно заманчивой. Мне сразу дали подъемные – 25 тысяч рублей. Ну и зарплату посулили в 2-3 раза выше той, которая была у меня в Днепре. Еще по контракту моему отцу президент Ротора Горюнов предоставил машину Москвич новой модели. Ну и квартиру – четырехкомнатную в Волгограде. 

– Из игр, проведенных за Ротор, наверное, особняком стоит матч против Манчестер Юнайтед? 

– Дома мы сыграли 0:0, а на выезде - 2:2. В первой игре, честно говоря, мы отбились. Когда ехали в Манчестер, думали, накидают нам там полную торбу. К сожалению, в ответном матче я не смог сыграть. Перед игрой с Манчестером, дернул заднюю. Меня прокололи, но на разминке почувствовал дискомфорт, поэтому пришлось быстро замениться, чтобы не записали мою фамилию в протокол. Мне кажется, соперник нас просто недооценил и это сыграло свою роль. В итоге, в следующую стадию Кубка УЕФА прошли мы. 

– Вы сказали, что ехали на игру обреченными. Помните, какую фразу сказал Виктор Прокопенко перед выходом команды на поле?

– Конечно. Была установка на игру, уже не помню, что там говорили, но ребята очень нервничали. Сидели все, повесив головы. И тогда Прокопенко сказал: «Вы знаете, что самое главное в танке? В танке главное – не обделаться». Команда вышла, как запели англичане, мурашки по коже побежали. Но мандраж последней фразой Виктор Евгеньевич тогда классно снял. 

– А что вы испытали, когда на последних минутах матча вратарь Манчестера забил в ворота вашей команды? 

– Я сидел на скамейке рядом с тренерами и запасными ребятами. В те времена она была расположена очень низко. Глаза - на уровне поля. Было очень непривычно. Футболисты бегают, а где мяч ‒ непонятно. Всякий раз приходилось вставать, чтобы посмотреть, что делается, когда мяч оказывался на противоположной стороне поля. О том, что гол забил Шмейхель, я понял, лишь увидев, как он бежал и радовался.

– Есть фото с того матча, где вы - капитан Ротора, жмете руку капитану Манчестер Юнайтед - Стиву Брюсу…

– Мне очень нравится эта фотография. Поэтому в социальных сетях я загрузил ее на аватарку. 

Владимир Геращенко перед матчем с МЮ, фото: из личного архива В.Г.

С Семиным у нас чуть до драки не дошло

– Можете назвать лучшего футболиста, против которого вам пришлось играть?

– Играл против многих звезд футбола: в том же Манчестере – Бэкхэм Гиггз, Скоулз, Коул. Резкие, взрывные игроки. Великолепно работают с мячом, прекрасно видят поле. Я не понимал тогда: это у них природой заложено или плоды тренировочного процесса. По молодости запомнил турнир в Тулоне, где пришлось играть против Пола Гаскойна и Паоло Мальдини. 

– Не могу не спросить про Зидана, вы ведь тоже пересеклись с ним на поле?

– Ему на тот момент было 23, но уже тогда, играя за Бордо, он выделялся. Голова шла кругом от того, как парень работает с мячом. 

– Вы рассказывали, что, будучи игроком, ждали вызова в сборную Украины. Как считаете, почему этого не произошло?

– Конечно, я мечтал играть в сборной Украины. Ждал вызова. Но были только разговоры. По-моему, звонил мне тогда Грозный, спрашивал, не хочу ли я вернуться в Украину. Говорили мы и о сборной. Я тогда, чтобы не быть заигранным за сборную России, пошел на симуляцию. Сейчас могу это признать. Перед матчем с Шотландией мне сказали, что я выйду на поле. Была тренировка, после которой я сказал, что получил травму и не могу играть. 

– Правда, что руководство Ротора сделало вам российское гражданство и вы об этом не знали?

– Гражданство я не менял, оставался украинцем. Да, они там что-то сделали, типа второго гражданства. Я об этом потом узнал. Кое-кому высказал свое «фе». Ведь меня даже в известность не поставили, не спросили, хочу ли я этого. 

Честно говоря, я недоволен был своим положением. Да, меня и Олега Веретенникова вызывали в сборную России, но мы ездили туда, как тренировочные мешки. Помню, летали в турне по Америке как туристы. Ни одной игры так и не сыграли. 

Из-за этого с Семиным у нас чуть до драки не дошло.

Юрий Семин, фото: Getty Images

– Вы в Днепр вернулись в 2000 году. Вы ее узнали команду?

– Я давно хотел вернуться в Днепропетровск, в родную команду. Поэтому, когда меня позвали назад, без раздумий согласился. Команда, которую тренировали Федоренко и Яровенко, была очень молодая. Сергей Назаренко, Руслан Ротань, Богдан Шершун, Сергей Задорожный ‒ все они пришли из местного спортинтерната. Боролись тогда за выживание. Потом, когда молодежь окрепла, у нас получилось завоевать бронзовые медали. 

– Вы досрочно, за три тура, стали третьими.

– Мы тогда Ворсклу на «Метеоре» обыграли – 2:1, и в раздевалку поздравить нас, вместе с другими приближенными к команде людьми, зашел арбитр матча - Сергей Татулян. Встретили мы его аплодисментами. 

– У вас было много тренеров. С кем из них интереснее всего работать?

– Конечно, мне повезло играть под руководством многих классных тренеров и замечательных людей, таких как Емец, Кучеревский, Прокопенко, Сальков, Колтун, Бышовец, Федоренко… У всех были какие-то плюсы и минусы. Но свою задачу они выполнили – помогли мне раскрыться как футболисту. 

Я очень благодарен Владимиру Емцу и Геннадию Жиздику. Люди очень простые. У нас как в команде говорили: «Жиздик решит все». Если он обещал сделать квартиру, машину, телевизор - он все выполнял. Для меня, молодого игрока, они сделали все, что только можно было сделать. Оставили играть в родном городе, дали квартиру, машину. Появлением на свет дочки Ирины я тоже обязан им. 

– Кучеревский?

– Мефодьич - мотиватор с тончайшим чувством юмора. Человек, очень простой, такой же, как Емец и Жиздик. Любил пошутить. У него это экспромтом получалось. На разборах игр как скажет что-то, все от смеха заходятся.

– Каким был Прокопенко?

– Евгеньич много не говорил. Был довольно сильным психологом, взять хотя бы тот случай с танком в Манчестере. Пропагандировал силовой футбол. На тренировках у нас всегда были объемные работы. Одно из упражнений – держание мяча по парам на всем поле. Как-то он меня выпустил в паре с Есиповым, а он очень быстрый игрок. Я его никак не мог догнать. Убить тогда Валерку хотел после тренировки. 

– Вам принадлежат слова: «Лучше играть, чем тренировать».

– Да. Скажу честно, мне никогда не хотелось быть тренером. Не знаю, почему, может потому, что я сильно переживаю за результат, когда играет моя команда. Если говорить о сегодняшнем дне, то лицензию тренера я не получил и получать не собираюсь. 

– Но вы ведь долгие годы работали тренером в академии Днепра. Кто из ваших воспитанников попал в большой футбол?

– Сейчас в Кривбассе играет Дмитрий Семенов. Сергей Палюх – в запорожском Металлурге, Владимир Киричук был в тернопольской Ниве.

Читайте также «Коломойский сказал, что он не просил выходить в финал Лиги Европы»: откровенное интервью Маркевича обо всем «Коломойский сказал, что он не просил выходить в финал Лиги Европы»: откровенное интервью Маркевича обо всем

Комментировать могут только зарегистрированные пользователи.